Гагаузская музыка и кухня, традиционное гагаузское сыроделие – это часть народной культуры нашего края.

С Приднестровьем у болгар древняя историческая связь. Они жили в долине Днестра в IX веке – это были тюркоязычные болгары, кочевники, пришедшие с берегов Дона и Волги. Теснимые печенегами они ушли на Балканы, где смешались со южными славянами – тюркоязычные болгары переняли южнославянскую культуру и язык, но передали самоназвание.

В XVIII веке болгарские переселенцы оседают на территории Приднестровья. В начале XIX века генерал-губернатор Новороссии дюк де Решилье организовал переселение болгар в село Праканы для возделывания тутовых деревьев и производства шёлка. Так возникла крупнейшая болгарская колония в Приднестровье.

Каменский район – один из самых живописных уголков Приднестровья. Здесь величественные скалы соседствуют с виноградниками, старинные храмы – с памятниками истории, а природа и культурное наследие создают неповторимый облик этого края.

Приглашаем в небольшое путешествие по Каменскому району – месту, где прошлое и настоящее неразрывно связаны.

Видеоролик создан по поручению Президента при взаимодействии госадминистрации Каменки и Каменского района и Первого приднестровского телеканала.

Атлас рассчитан на историков, студентов, учащихся, всех, кто интересуется отечественной историей.

Будущий учёный родился 14 июля (2 июля по старому стилю) 1891 года в селе Терновка под Тирасполем. В его семье переплелись молдавские, украинские, сербские и еврейские корни. В 1904 году он поступил в Алексеевское училище Тирасполя, где быстро проявил выдающиеся способности, особенно к изучению языков.

После окончания историко-филологического факультета Одесского университета в 1916 году Бузук был оставлен на кафедре для подготовки к профессорскому званию. В том же году его первая работа была опубликована в знаменитом «Русском филологическом вестнике». Уже в 1924 году он защитил докторскую диссертацию, став одним из первых докторов филологических наук в СССР. Тогда же в Москве вышла его книга «Основные вопросы языкознания».

К этому времени Пётр Бузук владел девятнадцатью языками. Он свободно читал, писал и читал лекции на славянских, романских, германских, древних и некоторых тюркских языках. Под псевдонимом П. Росин (фамилия его деда по матери) публиковал стихи и прозу, обладал прекрасным баритоном, увлекался музыкой и литературой.

С середины 1920-х годов жизнь учёного была связана с Белоруссией. Здесь он стал одним из основателей национальной школы языкознания, возглавил Институт языкознания Академии наук БССР, преподавал сразу в нескольких вузах, выступал с лекциями на русском, украинском, белорусском языках и идише.

Бузук стал основоположником белорусской лингвистической географии, автором первого в СССР диалектологического атласа, участником Первого Международного конгресса славистов в Праге в 1929 году. Его научные труды публиковались в Москве, Минске, Киеве, Праге, Загребе и Берлине.

Современники вспоминали его как человека исключительной эрудиции, редкого обаяния и необыкновенной работоспособности. Однако именно годы наивысшего признания совпали с началом политических репрессий.

В 1930 году учёного впервые арестовали, однако обвинения не подтвердились. Через четыре года его вновь репрессировали и сослали на три года в Вологду, где он преподавал немецкий язык в педагогическом институте, изучал местные говоры, язык коми и продолжал работать над фундаментальным исследованием «Происхождение языков». К моменту приезда в Вологду П. А. Бузук имел пятьдесят пять опубликованных книг и статей — больше, чем у всех преподавателей филологического факультета ВГПИ в то время.

После окончания ссылки Бузук не стал сразу покидать Вологду, решив завершить учебный год со своими студентами. Это решение оказалось роковым. Летом 1937 года его арестовали вновь, а 7 декабря 1938 года приговорили к высшей мере наказания по ложному обвинению в участии в «антисоветской организации». Вскоре приговор был приведён в исполнение.

Долгие годы семья не знала о его судьбе. Лишь спустя десятилетия имя выдающегося лингвиста было восстановлено: первая реабилитация состоялась в 1956 году, окончательная — в 1988-м. В 1991 году Белорусская академия наук официально признала исключительный вклад Петра Бузука в развитие славянского языкознания.

Сегодня имя уроженца Терновки по праву занимает место среди крупнейших отечественных филологов XX века. Его научное наследие остаётся важной частью истории мировой лингвистики, а судьба напоминает о трагедии поколения талантливых учёных, ставших жертвами политических репрессий.

Материал подготовлен на основе статьи Гурия Судакова, доктора филологических наук, заведующий кафедрой русского языка ВГПУ и материалов книги Александра Паламаря «Приднестровье. История в иллюстрациях».

Увлечение искусством и художественная школа в Слободзее

Юрий Николаевич Затыка родился весной 1943 года. Рисовать любил с детства. Позже вспоминал, что в послевоенные годы воспитатели в детском саду давали детям карандаши, чтобы они были заняты и меньше думали о голоде. Тогда у него и появился интерес к рисованию.

После службы в войсках ПВО в Прибалтике Юрий Затыка работал водителем скорой помощи в районной больнице. По вечерам подрабатывал кочегаром в Слободзейском музыкальном училище. Именно там познакомился с местными художниками, которые увидели его первые работы и посоветовали поступать в художественное училище.

Важным событием для него стало участие в республиканской выставке, куда отобрали его работу «Осенний натюрморт». После этого решение стать художником стало окончательным.

В 1971 году Юрий Затыка окончил Кишинёвское художественное училище, а уже через год открыл в Слободзее художественную школу. Она разместилась в Доме культуры колхоза «XX партсъезд». В короткие сроки набрали учеников и начали занятия. Первый выпуск состоялся в 1976 году.

Одновременно с работой в школе он продолжал учёбу на художественно-графическом факультете Одесского педагогического института.

Со временем художественная школа стала одним из заметных культурных центров района. Позже для неё удалось получить отдельное здание бывшего детского сада. Юрий Затыка занимался этим лично и много лет добивался создания нормальных условий для работы школы.

В школе появились мастерские, выставочный зал, большая библиотека профессиональной литературы, собрание альбомов, журналов и репродукций по искусству. Со временем открылись филиалы в населённых пунктах района.

Многие выпускники продолжили обучение в художественных учебных заведениях Москвы, Санкт-Петербурга, Одессы, Киева, Кишинёва и Приднестровья. Выпускники школы работали художниками, архитекторами, дизайнерами и преподавателями. Среди бывших учеников и преподавателей школы — известные приднестровские художники Алла и Юрий Салко, Сергей Панов и другие.

Создание ОСТК и переход под юрисдикцию Приднестровья

В 90-х годах Юрий Николаевич находился у истоков создания республики, в гуще событий – встречался с людьми, решал текущие проблемы, проводил большую пропагандистскую, агитационную работу. Прорумынское руководство Молдовы и стоящие за ним националисты боялись таких лидеров, как Николай Остапенко, Александр Гусар, Юрий Затыка, которые были среди тех, кто возглавлял в то время движение сопротивления жителей нашего края и не допустили осуществления плана силового захвата левобережных районов Днестра.

Из воспоминаний Юрия Николаевича о событиях тех лет:

1989 год. Я – простой учитель, занимался своим любимым делом: преподавал в художке, рисовал в свободное время. Мне как парторгу управления культуры было предложено через трудовой коллектив оказать возможную помощь бастующему Тирасполю. Впрочем райком партии уводил нас от истины, запрещая собираться и анализировать события, а тем более проводить какую-либо пропагандистскую работу в массах, кроме прокишиневской, «коммунистической» и уже открытой националистической политики и пропаганды.

Чисто из любопытства в апреле 1990 года я со своим коллегой Анатолием Романовым посетил местный стадион, где уже кипели страсти. Представители трудовых коллективов определяли своё отношение к происходящим событиям, к деструктивным действиям райкома партии, беспределу в системе торговли, искусственно создаваемым дефицитам, процветающей бюрократии.

Оценив происходящее, я попросил слово для выступления. В своем выступлении акцентировал внимание на том, что вина во всем происходящем лежит не на простых людях, а на тех, кто руководит трудовыми коллективами, кто привержен зарождающемуся национал-фашизму. А для того, чтобы протестные мероприятия проходили организованно, целенаправленно и результативно, я предложил избрать инициативную группу. Инициатива наказуема: меня присутствующие на стадионе и избрали председателем инициативной группы, в состав которой вошли 22 добровольца, что и было юридически оформлено.

Нам с населением работалось легко, потому, что нашими помощниками были коллеги из Тираспольского ОСТК, уже имевшие опыт политической борьбы, принимавшие активное участие на проводимых нами собраниях, сходах, митингах и других акциях. Хочу назвать известные имена: Игорь Смирнов, Анна Волкова, Петр Заложков, Владимир Емельянов, Вячеслав Мотыль, Александр Велько.
В июне 1990 года мы попытались создать поселковый СТК, но из-за противодействия местных властей нам это сделать не удалось. Однако вторая попытка все же оказалась успешной. И 3 ноября 1990 года был создан Слободзейский районный ОСТК, куда вошли представители практически всех хозяйств и организаций района. Самым сложным моментом в работе был перевод наших предприятий и организаций под юрисдикцию ПМР. Нужно было поднять население района на подготовку и организацию референдумов по проведению II съезда депутатов всех уровней, где и была провозглашена наша республика.

В то время Президент Молдовы Мирча Спегур заявлял, что в Слободзейском районе у него четкая расстановка кадров и что там ничего не произойдет. Однако мы «разочаровали» господина Снегура, успешно проведя референдумы в селах района и переведя организации и предприятия под юрисдикцию ПМР, хотя и встречали сопротивление со стороны местной власти. Пришлось освобождаться от некоторых руководителей предприятий и председателей сельских Советов.

Пожалуй, самым сложным и небезопасным для нас был перевод под юрисдикцию Приднестровья Слободзейского РОВД. Почти ежедневно для переговоров приезжали эмиссары из МВД Молдовы, службы безопасности и даже сам министр внутренних дел Молдовы, но все было уже напрасно. Тем не менее, большая часть работников полиции требовала соответствующих гарантий в случае перехода. Наш ответ был один: «Мы гарантий не даем». Приезжали и вооруженные структуры, но и это не дало результатов.

В дальнейшем нам помог наш опыт и дипломатия переговоров. Одним из главных факторов организации населения района на борьбу с национал-фашизмом был непререкаемый авторитет председателя райсовета Николая Остапенко. Вспоминается одна из его встреч с личным составом РОВД, когда мы оба уже были в статусе депутатов Верховного Совета ПМР. В зал нас пытались не впустить и даже освистали. Тогда, уходя, я обратился к собравшимся в зале, сказав: «До скорой встречи».

Через два дня по районному радио призвали население района собраться у здания РОВД. Буквально через 20 минут площадь была забита людьми. Тем временем, я, Владимир Шевцов, Анатолий Романов и Анатолий Лиманский зашли в здание РОВД, опечатали все кабинеты, вошли в кабинет начальника полиции господина Корбуна и потребовали печать и ключи, которые впоследствии вручили новому, по уже нашему начальнику милиции Анатолию Тулушу. Войдя в кабинет Корбуна, мы увидели там еще 2-х высокопоставленных чиновников из Кишинева: прокурора Молдовы и представителя Мирчи Снегура, которые были шокированы всем происходящим и пытались убедить нас, что мы являемся организаторами государственного переворота и за это ответим по всей строгости закона. А мы им ответили, что пришли сюда именно с такой целью. В этот момент в кабинет ворвался прокурор района господин Телевко с криком, что мы и все наши активисты будут немедленно арестованы. Мы его успокоили и попросили завтра готовиться к подобной процедуре у него в кабинете, что и было успешно реализовано на следующий день.

Через неделю 11 декабря 1991 года в районном Доме культуры, мы присутствовали на принятии присяги новым личным составом Слободзейского РОВД. Некоторая часть полицейских в качестве протеста, угрожая нам, собиралась на стадионе, где топтала снег и вынашивала планы нашего уничтожения. В конце концов, изрядно замерзнув, через несколько дней они убрались восвояси, кто куда – в Кишинев, другие города и районы Молдовы. Но большинство сотрудников полиции перешли в ряды нашей милиции.

Мы тогда сделали все, чтобы наша народная милиция служила своему народу. Впрочем, террористы группы «Бужор» изменили тактику, начав проводить диверсионные акции. И ровно через полгода жестоко был убит наш районный руководитель депутат Верховного Совета ПМССР Николай Остапенко. А начальник штаба народного ополчения Александр Гусар был сожжен в машине террористами все той же группы Илашку.

Даже спустя годы Юрий Николаевич с болью говорил о погибших товарищах и событиях 1992 года:

В период, когда агрессивные действия националистов Молдовы становились всё более открытыми и жесткими, в Приднестровье назрела необходимость создания своей системы противодействия и обороны. В 1992 году вооруженные ОПОНовцы развернули наступление на Дубоссары, и тогда всем стало понятно – медлить больше нельзя. В марте 1992 года были сформированы первые отряды народного ополчения. Граждане разного возраста, национальности, образования и социального положения начали массово вступать в народное ополчение.

В то время силы были неравны. Молодой республике не хватало людских ресурсов, не говоря уже о вооружении и технике. В первые дни добровольцев отправляли на позиции с одним автоматом на пятерых. Во время боевых действий ополченцы, вооруженные прутьями и арматурой, топорами и вилами, несли круглосуточную вахту на многочисленных постах вдоль реки Днестр. Правда, на войне не все решает длина штыка. Высокий моральный дух, истинный патриотизм, массовый характер борьбы – вот что, в конечном счете, обеспечило нашу победу.

В Слободзее действовал штаб народного ополчения, который возглавил Александр Гусар. В ополчение отбирались граждане, прошедшие воинскую службу, поэтому оно стало наиболее активной, дисциплинированной и профессиональной частью оборонительных структур республики, внесло большой вклад в становление республиканской гвардии и подготовку кадрового резерва. Большую организационную и практическую работу по мобилизации населения на защиту республики проводил в районе совет трудовых коллективов. Благодаря ему только в Слободзее в ополчение вступили 1,5 тысячи добровольцев, в Парканах – более 900 человек, в Первомайске – свыше 600.

Необыкновенную самоотдачу, работоспособность и активность в желании защитить родную республику показали многие руководители ополченцев. Невозможно представить ополчение и без поддержки наших женщин. Не думая о себе, они делали всё для защиты молодого государства. «Не женщины, а кремень», – говорили о них мы тогда. Благодаря их заботе ополченцы района были полностью обеспечены продуктами питания. Это они пикетировали склады 14-й армии с требованием вооружить защитников Приднестровья.

Большую поддержку ополченцам оказала народная милиция, обеспечивая охрану общественного правопорядка и сохранность стратегических объектов. От быстрых решений и незамедлительных действий правоохранительных органов зависели судьбы людей. Пример истинного патриотизма показал тогда легендарный офицер 14-й армии Игорь Дудкевич. Он первым перевел свой инженерный батальон под юрисдикцию ПМР, а затем и всю воинскую часть, в которой служил. Это необыкновенно подняло дух защитников республики и придало уверенность в правоте нашего дела.

Информационно нас поддерживало Слободзейское телевидение. Снимали все, что было важно в те дни, и транслировали по всем регионам. Спустя месяц после начала боевых действий в Дубоссарах 19 апреля 1992 года между Молдовой и Приднестровьем было подписано соглашение о перемирии. Но подобно фашистским агрессорам правительство Молдовы нарушило это соглашение, 19 июня 1992 года напав на безоружный мирный город Бендеры.

Многие ополченцы нашего района в 1992 году встали на защиту нашей республики. Костяком ополчения были наши ОСТКовцы. Воевали они на Бендерском, Дубоссарском и Копанском направлениях. Многие не вернулись домой в свои семьи. В ходе тех событий погиб 41 слободзеец.

После окончания вооружённого конфликта Юрий Затыка продолжил работу в сфере культуры, образования и общественной жизни республики в составе совещательного собрания депутатов Верховного Совета I и II созывов..

1 июля 2026 года, возрасте 83 лет Юрий Николаевич ушел из жизни.

По материалам газеты «Приднестровье»