Как рассказал журналистам  ведущий научный сотрудник научно-исследовательской лаборатории «Археология» Сергей Разумов, самое позднее из обнаруженных захоронений было совершено примерно 1000 лет назад половцами или другим кочевым народом и принадлежит женщине.

В могиле обнаружены наконечник стрелы, нож, медные или бронзовые серьги, изготовленное в Древней Руси пряслице (маховик для веретена) из овручского шифера, красивого красного камня, который добывали на севере Украины. Самое старое захоронение было совершено около 5 тысяч лет назад и принадлежит людям ямной археологической культуры.

«Мы не знаем, как они себя называли, потому что тогда в наших краях еще не было письменности, — объяснил Сергей Разумов. – Это древние скотоводы, которые первые заселили евразийскую степь от Монголии до Венгрии».

Тогда же над захоронением возвели курган. Это произошло на 500 лет раньше, чем в долине Нила построили Великие пирамиды. Как отметил Сергей Разумов, курган был не просто кучей земли, насыпанной как попало. Их складывали из блоков дерна, верхнего слоя почвы, с переплетенными корнями растений. Степи тогда не знали плуга, поэтому со строительным материалом проблем не было. Курган был примерно 20 метров в диаметре и несколько метров в высоту.

Проходящие через Приднестровье племена продолжали использовать курган для захоронений. Порой, копая могилы, они натыкались на захоронение прошлых лет, но это их не останавливало – они продолжали рыть дальше. В результате одно из обнаруженных захоронений, принадлежавшее киммерийцам, оказалось даже глубже, чем сделанное на тысячу лет раньше.

Среди находок в захоронениях – комплект гадальных костей, глиняный лепной сосуд.

«Каждый народ имел свою моду, — объяснил значение этой находки Сергей Разумов. – Представители каждого этноса делали свои изделия, которые отличались от всех остальных, как визитная карточка. Кроме того, мы проводим очень интересное исследование вместе с коллегами из Российской академии наук, по содержимому сосуда мы определяем, что там находилось – мясная пища, молочные продукты или же он использовался как курильница для благовоний».

Со временем земля кургана оплывала, после Великой Отечественной войны шла интенсивная распашка, и в результате рукотворный холм сравнялся с окружающим полем. Поводом обратить на него внимание стали планы расширить расположенный неподалеку песчано-гравийный карьер. В прошлом году фирма, которая занимается разработкой месторождения, в соответствии с законодательством обратилась с запросом о проведении историко-культурной экспертизы. Изучив карты, старые аэрофотосъемки и современные спутниковые снимки, неоднократно побывав на месте, ученые определили, что на месте будущего карьера когда-то находился курган, и поставили вопрос о проведении раскопок.

Как только позволила погода, археологи приступили к работе. Фирма не просто пошла навстречу ученым и стала вести разработку карьера в другом направлении, но и предоставила технику, с помощью которой был снят верхний слой почвы.

«Эти раскопки – прецедент, показывающий, что система охраны памятников у нас работает, — отметил руководитель НИЛ «Археология» доктор исторических наук Виталий Синика. —  С одной стороны, мы провели экспертизу этого земельного участка, который предполагается для горного отвода, с другой стороны, юридическое лицо, которое намерено вести тут разработки, помогло нам провести эти раскопки. Пока таких прецедентов в нашей практике немного. Люди видят, что мы не просто перекидываем кучу земли из одной точки в другую, находим погребения, ценный научный материал, который помогает нам глубже изучать нашу историю».

Виталий Синика подчеркнул, что уже полученные в результате изучения кургана находки раннего и позднего бронзового века, начала железного века и позднего средневековья сами по себе имеют значение для изучения истории нашего края, но захоронений в кургане на самом деле наверняка было больше, и его изучение будет продолжено.

Земли Приднестровья на протяжении многих веков и даже тысячелетий являлись своеобразным геополитическим перекрестком, местом встречи, взаимопонимания и ассимиляции различных цивилизаций-оседлой и кочевой, восточно-романской и скотоводческой (ираноязычной и тюрко-язычной), славяно-православной, католическо-польской и литовской, германской, мусульманской (татарской и турецкой) и др.

В то же время территорию Приднестровья с древнейших времен определяют как контактную зону между Балкано-Дунайским регионом и областями Северного Причерноморья [1, с. 63-65].

Берега реки Днестр представляют собой один из любопытнейших регионов Европы, где встречаются более древние археологические славянские памятники, чем, например, в Центральной России. На них оставили свои следы многие из существующих ныне или давно исчезнувших народов [2, с. 12-36].

«Днестр с глубочайшей древности являлся условной границей, отделявшей кочевые народы Северного Причерноморья — киммерийцев, скифов, сарматов и др. от фракийцев и иллирийцев, от германцев и других племен Центральной и Западной Европы» [4] — отмечал в своих научных трудах приднестровский историк Н.В. Бабилунга.

Уже в конце II тысячелетия до н.э. Днестр стал рубежом, где «граничили воинственные племена киммерийцев, упоминаемые еще в гомеровской «Одиссее», и обитавшие в Северном Причерноморье, с племенами фракийцев, проживавших западнее Днестра, на Балканах и Карпатах. Здесь проходила западная граница Киммерийского царства, располагавшегося в Северном Причерноморье с центром в восточном Крыму» [3, с. 15].

Значительно более точно в Северном Причерноморье локализует киммерийцев «отец истории» Геродот. Ему было известно, что территория, которую в его время (V век до н.э.) занимали кочевые скифы, ранее принадлежала киммерийцам, покинувшим её под давлением скифов, пришедших с востока, из глубин Азии. Геродот пишет: «…и теперь еще есть в Скифии Киммерийские стены, есть Киммерийские переправы, есть и область, называемая Киммерией, есть и так называемый Киммерийский Боспор» [5, с. 128] (Керченский прол. — авт.). Упоминает «отец истории» и о могиле киммерийских царей.

В V столетии до н. э. Геродот посетил греческий город-республику Ольвию на Черном море, рассказывал о высоком кургане на берегу реки Тирас (греческое название реки Днестр — авт.). В предании о вторжении скифов в Северное Причерноморье указывается, что, опасаясь скифов, большинство киммерийцев решили уйти со своей земли. Но цари киммерийцев предложили бороться со скифами. Поскольку народ не поддержал царей, они разделились на две части и сразились между собой. Погибших царей киммерийцы похоронили в кургане со всеми почестями и богатыми приношениями. «Могилу царей там можно видеть и поныне» — пишет Геродот. [6, с. 190].

В настоящее время в Поднестровье известно несколько десятков киммерийских памятников. Если не считать кладов и случайных находок, то единственными археологическими памятниками киммерийцев являются погребения, изредка сгруппированные в могильники. Оружием дальнего боя у киммерийцев были лук со стрелами. В ближнем бою киммерийцы использовали бронзовые, железные, а также биметаллические мечи и кинжалы. Использовали киммерийцы и копья с железными наконечниками. Для воинских погребений киммерийцев обычны также оселки. Предметы конского снаряжения представлены бронзовыми удилами, а также псалиями. Уздечки украшались бляхами с петлёй на обороте, лунницами и шлемовидными подвесками [7].

После того, как киммерийцы отступили на территорию малой Азии, они были разбиты. Однако территория Приднестровья, как и в целом степей Северного Причерноморья, быстро была заселена «скифами ираноязычными кочевниками, заселившими в конце VII века до н.э. территорию от Дона до Днестра и низовья Дуная» [3, с. 15]. Даже с учетом того, что приднестровские земли являлись лишь западной периферией Скифии, для этого народа они имели очень большое значение. «Отсюда в V-IV веках до н.э. они совершали набеги на фракийские племена, оттесняя их в лесистые районы Днестровско-Карпатских земель» [3, с. 15]. Также здесь скифы вели оборонительные войны против персов, и войск Александра Македонского. Последнее подтверждают сохранившиеся на территории Приднестровья скифские курганы и захоронения.

Приднестровская археологическая наука отмечает огромное значение контактов скифов Поднестровья с греками, которые не ограничивались только торговыми отношениями. Ко второй половине IV в. до н.э. между скифами и греками было налажено столь тесное взаимодействие, что оно нашло выражение и в погребальном обряде скифов (устройство сырцовых закладов в дромосах и ниш для светильников в погребальных камерах катакомб), и в материальной культуре (массовое производство лепных светильников, имитировавших греческие образцы) [8, с. 967-972, 981].

На протяжении всего IV века до н. э. скифы кочевали на землях Приднестровья. И только к III века до н. э. территория Скифии стала сильно сокращаться. Это происходило под напором готов и кельтов с запада, а также сарматских племен с востока. В итоге ареал расселения скифских племен ограничился степным Крымом и бассейнами нижнего Днепра и Буга.

Обширные пространства между Днестром, Карпатами и Балканами в IV-III веках до н. э. неравномерно заселяли геты. Также как и скифы, геты активно торговали с греческими городами-колониями, среди которых можно выделить Тиру. Этот небольшой древнегреческий полис располагался на правом берегу Днестровского лимана. Наибольшего расцвета торговля с Тирой достигла в IV-III веках до н.э. Это подтверждают многочисленные античные изделия, обнаруженные на готских поселениях.

По мнению приднестровских археологов, «развитие античных центров в Причерноморье создавало благоприятные предпосылки для формирования городских и межгородских рынков и развития денежного обращения. В процессе освоения низовьев Днестра наряду с центрами городского типа возникают и сельские поселения» [9, с. 76-77].

На рубеже III — II вв. до н.э. в Днестровско-Карпатские земли вторгаются германские племена бастарнов. Это событие нашло отражение в письменных источниках античных авторов, таких как Помпей Трог, Полибий, Тит Ливий и др. Приход бастарнов не сопровождался вытеснением местных племен. Напротив, совместное проживание пришлого и фракийского населения привело к тому, что уже в I в. до н.э. бастарны полностью растворились в готской среде [10, с. 454-455, 474].

Роль пограничья Приднестровье сохраняло и с I в. до н. э. по IV в. н. э. В это время «река Днестр являлась западной границей Европейской Сарматии» [3, с. 15].

Об ираноязычных кочевниках-скотоводах сарматах сохранилось множество свидетельств древнегреческих авторов. О «сарматах» и «Сарматии» в IV в. до н.э. упоминает Гераклид Понтийский. А греческий историк Страбон описывал пребывание в степях Северного Причерноморья (между Днестром и Днепром) «языгов, царских сарматов и ургов» [11, с. 164-194].

Как и их предшественники, сарматы постоянно воевали с проживавшими западнее Днестра фракийскими племенами, которые нередко осуществляли грабительские походы в том числе и на территории Левобережного Поднестровья. Защиту от нападения варварских племен у сарматов искали жители греческих городов-полисов Северного Причерноморья. Но это не всегда помогало: «… в I в. до н. э. гето-дакийские племена под предводительством своего вождя Буребисты огнем и мечом прошлись по территории причерноморских степей, стирая с лица земли богатые греческие колонии Ольвию, Тиру и другие» [3, с. 15].

В III в. н. э. господство ираноязычных сарматов в Северном Причерноморье завершилось. Этому способствовало активное заселение обозначенной территории готскими племенами. Они пришли в этот регион из Прибалтики и Скандинавии.

Приднестровский регион, как и «седой» Днестр с первых десятилетий III в. н. э. вновь становятся пограничьем, только теперь уже между двумя варварскими «державами» вестготов и остготов. «Первые подчинили себе население Днестровско-Карпатских земель, а вторые — проживали к востоку от Днестра и объединили под своей властью разрозненные племена Северного Причерноморья» [5, с. 15].

Отвоевав доминирование на этих территориях у римлян, которые, несмотря на жестокое и отчаянное сопротивление в конце III века, ушли из Нижнего Поднестровья за Дунай на Балканы, варварские племена получают в весьма обширном регионе полное и безраздельное господство. Вестготы доминировали в Днестровско-Карпатских землях вплоть до Тисы, остготы имели безраздельную гегемонию на востоке от Днестра.

В некоторых исторических источниках говориться, что «вестготы (тервинги) занимали Нижнее Поднестровье и Подунавье, низовье Прута и Сирета. Остготы (грейтунги) создали мощный племенной союз во главе с «королем» Германарихом к востоку от Днестра» [12, с. 323-324].

Таким образом, еще более века Днестр являлся пограничной рекой между варварскими племенными «державами» германцев.

Археологическим выражением готских племён в Приднестровье является Черняховская культура (середина III — начало V в.), которая является весьма своеобразной и не похожа ни на одну из предшествующих. Она сформировалась под влиянием провинциально-римской культуры и включила в себя германские, позднескифские/позднесарматские, а также раннеславянские элементы в домостроительстве и погребальном обряде. Черняховскую культуру многие позднеантичные авторы позиционируют с варварами вестготами, проживавшими на левобережье Днестра. Также, особый интерес вызывает мнение, что, сохранившись, данная культура смогла бы стать фундаментом для формирования новой полиэтничной народности в Европе. Однако этот процесс был прерван гуннами в 375 году [13, с. 321—330].

Уже в 376 году тюркоязычные варварские племена ганнов, следующие по Великой Степи из Монголии в Европу, наголову разбили германские племена, а вместе с ними и сарматские, аланские, фракийские, карпские и др. В результате этого прекратил своё существование готский союз. Вестготы, ища покровительства Римской империи, ушли за Дунай. Остготы же (носители Черняховской культуры) покорились гуннам, и, возможно, поэтому их население не было полностью уничтожено.

Со второй половины V века южную степную часть Поднестровья заселяет племенной союз кочевых тюркских племён кутригуров. Об их пребывании на территории Приднестровья в настоящее время свидетельствует только одно погребение второй половины V — первой половины VI веков. Оно было исследовано в 2021 году у села Глиное Слободзейского района. Это захоронение, несмотря на сообщения письменных источников о десятках тысячах кутригуров в Северном Причерноморье, является одним из немногих археологических свидетельств их пребывания в регионе [14, с. 182-205].

История кутригуров в Приднестровье впоследствии тесно переплетается с историей славян, которые с конца V века начали свое движение с севера и с востока на Балканы к границам Византийской империи. Есть сведения, что на земли Приднестровья и близлежащие территории славяне проникли уже в III-IV веках. Однако эти их эпизодические появления, как и весь культурно- исторический процесс в регионе, были прерваны гуннским нашествием [15, с. 83].

Приднестровье входит в обширный ареал славянской колонизации с начала VI века. Однако в отличие от скотоводов-кочевников, славяне, занимающиеся в основном земледелием, заселяли новые земли постепенно. Берега крупных рек, среди которых Днестр, Днепр, Южный Буг, Прут, Сирет и другие, а также их притоков, становились приоритетным местом расселения славян. Проживали они в небольших поселках по 5-10 полуземлянок.

«Эту колонизацию в VI-VII вв. осуществляли три отдельные крупные группы славянских племен: венеды, обитавшие на севере между Карпатами, Днепром и Балтийским морем: анты заселявшие степи между Днепром, Днестром и Дунаем: склавины, поселившиеся к северо-западу от антов, от Днестра до Эльбы. Условной границей между двумя сильнейшими союзами племен — антами и склавинами — становится Днестр» [3, с. 17].

Важное значение для формирования общей картины великого заселения имеет сообщение Иордана о размещении славянских племен и о Днестре как пограничной реке, разделяющей владения двух крупнейших союзов славянских племен: склавинов и антов. «Склавины, — пишет Иордан, — живут от города Ниветуна и озера, именуемого Мурсианским до Данастра, а на севере — до Вислы; вместо городов у них болота и леса. Анты же — сильнейшие из обоих — распространяются от Данастра до Данапра, там, где Понтийское море образует излучину; эти реки удалены одна от другой на расстоянии многих переходов» [16, с. 34-35].

Из этого сообщения ясно, и это подтверждается в работах приднестровских славяноведов, что «в VI веке по Днестру устанавливается граница между крупнейшими славянскими племенными объединениями VI- нач. VII веков — антами и склавинами» [17, с. 72], хотя точно неизвестно, где именно проходила эта граница, на всем ли течении реки или на какой-то ее части.

После того, как во второй половине VII в. антов разгромило протоболгарское племя во главе с ханом Аспарухом, их название исчезает из употребления. Их-территорию занимает новое объединение близкородственных «склавинских» (славянских) племен, получивших название «Русь».

Новая волна славянского заселения Приднестровья прокатилась в конце VII века и связана была со славянским племенем тиверцев. В научных трудах археологов можно встретить информацию, что «зона расселения тиверцев на севере Приднестровского региона была связана с современным селом Ломачинцы, на юге — с селом Оланешты» [18, с. 43-44] (сегодня населенные пункты Украины и Республики Молдова, соответственно – авт.).

«А в VIII-IX вв. славяне становятся основным оседлым населением в Приднестровье. В верховьях Днестра обитали племена белых (русских) хорватов, в среднем течении — тиверцев, на юге, западнее Днестра — племена уличей» [3, с. 17].

В начале XII в. летописец Нестор в недатированной части «Повести временных лет» писал: «… уличи и тиверьци седяхубо по Днестру, приседяху к Дунаеви. Бе множество их, седяхубо по Днестру оли до моря, и суть грады их и до сего дне» [14, с. 182-205]. Из этого отрывка ясно, что старец Нестор определил место заселения уличей и тиверцев в основном на той территории Поднестровья, которая примыкала к Подунавью.

На рубеже IX-X веков в Днестровско-Прутском междуречье складываются две культуры. К западу Днестра и в Подунавье распространилась Балкано- Дунайская культура, а к северу и востоку — восточнославянская культура Киевской Руси. Таким образом, Днестр вновь стал границей, в этом случае уже между южными и восточными славянами.

Однако не сразу славяне Приднестровья вошли в состав Древнерусского государства. Первое время они сопротивлялись попыткам киевских князей включить их в состав Киевской Руси. Это происходило до середины X века. При этом они участвовали в военных походах дружины Древнерусского государства на Царьград в 907 и 944 годах в качестве союзников, а не подданных князя. Лишь к середине X века с появлением кочевников в регионе и необходимость защиты от их набегов, проживающие на приднестровских землях народы стали частью Древнерусского государства. Это произошло при князе Святославе Игоревиче, когда «большая часть Приднестровья и большая часть Днестровско- Карпатского региона прочно вошла в состав Киевской Руси» [19, с. 93].

К управлению новыми территориями были привлечены посадники киевского князя со своими дружинниками. Это можно объяснить важным стратегическим и геополитическим значением этой территории для Руси, поскольку она являлась частью крупнейшего торгового пути «из варяг в греки» [20, с. 13]. Однако привлекательным приднестровский край был не только для славян, но и для других народов, главным образом, степных кочевников [21, с. 70]. Поэтому славянской цивилизации пришлось еще неоднократно выступать в смертельных схватках, направленных на сохранение своего присутствия на этих территориях.

Исходя из вышеизложенного отметим, что мы вправе говорить о постоянном, исторически закрепившемся за Приднестровьем статусе геополитического пограничья, моста, связующего звена между народами, культу­рами, системами ценностей. И ошибкой было бы думать, что Приднестровье всегда служило ареной столкновения полярных сил. Велика роль Приднестровья как контактной зоны, территории, где происходил интенсивный культурный обмен, осуществлялись торговые операции. Не случайно в древнейших захоронениях археологи находят свидетельства взаимовлияния самых разных культур. Народы и цивилизации, противоборствуя на берегах Днестра, неизбежно оказывали влияние друг на друга, ассимилировали, формировали новые полиэтнические общности, образовывали очаги общественной, гражданской жизни.

Последующее развитие края в Новое и Новейшее время, доказало исключительно важную роль Приднестровья как естественной границы между различными этнокультурными зонами Восточной и Юго-Восточной Европы. Здесь сталкивались и контактировали восточнославянский мир православия и западнославянская католическая культура, мир христианства и мир ислама, германо-романское пространство и пространство славянское. Для подробного освещения данного исторического периода необходимы новые исследования.

Современный этап исторического развития Приднестровья показывает, что пограничный статус нашего края и его особая геополитическая роль остаются актуальными.

Список литературы:

1. Щербатюк О. А. Кто же жил в Приднестровье? / Ежегодный исторический альманах Приднестровья № 1, Тирасполь, 1997 г.
2. Бабилунга И. В. Приднестровская Молдавская Республика: признанная историография непризнанного государства / Ежегодный исторический альманах Приднестровья №5, Тирасполь, 2001 г.
3. Бабилунга Н. В. Приднестровье: шаги истории / Тирасполь, 2015.
4. Бабилунга Н. В. Русская национальная идея и Приднестровье / Культурологический журнал №4(34). Электронное периодическое рецензируемое научное издание, 2018 г. URL: ltttps://cyberleninka.ni/article/n/russkava-natsionalnaya-ideva-i-pridnestrovie/ viewer (21.01.2023) .
5. Дюличев В.П. Крым История и очерках. Симферополь: «РуБин», 411 Бинъкин, 2008 г.
6. Геродот. История. Л., 1972.
7. Из интервью с руководителем ПИЛ «Археология Приднестровья», д-ром ист. наук В. С. Синика, 24.12.2022. Личный архив автора.
8. Тельнов Н. П., Четвериков И. А., Синика В. С. Скифский могильник III-II вв. до н. э. у села Глиное (Археологические памятники Приднестровья. III),Тирасполь: Stratumplus, 2016.
9. Синика В. С. Разумов С. И., Тельнов Н. П. Археологическое наследие Приднестровья, Тирасполь: Полиграфист, 2016.
10. Синика В. С. Скифская археологическая культура III-II вв. до н. э. Северо-Западного Причерноморья и актуальные проблемы истории скифов. Дисс. … докт. ист. наук М., 2022. Том I.
11. Синика В. С., Разумов С. Н., Лысенко С. Д., Тельнов Н. П. Курганная группа «Спутник» у с. Ближний Хутор на левобережье Нижнего Днестра // Материалы по археологии Северного Причерноморья. Вып. 13, 2015.
12. Рикман Э. А. Этическая история населения Поднестровья и прилегающего Подунавья в первых веках нашей эры. М., 1975.
13. Четвериков И., Бубулич В. Уникальный погребальный комплекс на Нижнем Днестре (по материалам курганного могильника у с. Хлиная (Глиное) // Revistaarheologica. S.n. Vol. 1. Nr. 1.2005.
14. Красноперов А. А., Тельнов Н. П., Лысенко С. Д., Разумов С. Н., Синика В. С. Погребение постгунского времени на левобережье Нижнего Днестра // Материалы по археологии и истории античного и средневекового Причерноморья. Вып. 14, 2022.
15. История Приднестровской Молдавской Республики. Т.1. История Приднестровских земель от их заселения первобытными людьми до революции 1917 г. 2-е изд. испр. и доп. Санкт-Петербург: Моя строка, 2021.
16. Иордан Гетика. О происхождении и деянии тегов. М., 1960.
17. Хохлов В. А. Славяне VI-IX веков до н.э.. Днестровско-Прутского междуречья. (Некоторые итоги и задачи изучения) / Ежегодный исторический альманах Приднестровья №1, Тирасполь, 1997 г.
18. Тельнов Н., Степанов В., Русев Н., Рабинович Р. «И… разошлись славяне по земле»: из истории Карпато-Днестровских земель V-XIII веков» /Н. Тельнов, В. Степанов, Н. Русев, Р. Рабинович // Кишинев, 2002.
19. Бабилунга Н.В. Геополитический разлом на берегах Днепра: Русский мир и «Европейская Мессопотамия» //Гражданское общество и правовое государство. Тирасполь, 2010.
20. Феномен Приднестровья. Тирасполь, 2003 г.
21. Хохлов В. А. Печенеги в степях севере-западного Причерноморья ( к.IХ — сер. XI вв.) / В.А. Хохлов/ Исторический альманах Приднестровья №9, Тирасполь, 2005 г.

Нынешнее издание – третье по счёту – посвящено обобщению огромного пласта исторических событий, связанных с созданием ПМР, её становлением и развитием. В «Хронике» освещаются события, касающиеся политической, экономической, духовной жизни республики за прошедшие тридцать лет.

Принцип размещения материала таков: в пределах каждого года вначале размещены точно датированные события с января по декабрь. События, которые не имеют точной даты, происходившие в определённый год, помещаются в тексте, касающемся данного года, в общем перечне. В конце раздела, посвящённого определённому году, размещаются краткие биографические справки о жизни и деятельности выдающихся личностей, причём данная информация приурочена к тому году, на который приходится их кончина.

Исключение сделано для погибших защитников ПМР – даты их гибели занесены в ряд событий года.

Особенностью данного издания является то, что оно иллюстрировано.

Издание может быть использовано в работе историков, политологов, социологов, студентов и учащихся. Оно адресовано всем тем, кто интересуется историей Приднестровской Молдавской Республики.

В книге в художественной и научно-популярной форме освещены некоторые наиболее яркие страницы древней и средневековой истории Приднестровья. Также в 14 новеллах изложены основные открытия и достижения приднестровских археологов за последние десятилетия.

Для школьников, студентов, преподавателей истории и для всех, кто интересуется историей родного края.

В Приднестровье в это время в лесостепной зоне преимущественно обитали древние фракийцы, а в степной – киммерийцы.

Древние фракийцы (X-VII вв. до н.э.) жили в неукреплённых поселениях, в наземных глинобитных домах, в которых располагалась большая патриархальная семья. Фракийцы занимались скотовод­ством и земледелием, а также выплавкой и обработкой бронзы, а позже — железа. Развито у них также было изготовление орудий из кости и рога, производство глиняной посуды, прядение и ткачество. Поселения фракийцев известны по ар­хеологическим разведкам в Рыбницком и Дубоссарском районах. В могильниках этого времени погребения совершались по обряду трупосожжения и трупоположения. В частности, два погребения Сахарно-Солонченской группы (конец IX — начало VII в. до н.э.) были обнаружены и исследованы в 1956 г. у с. Большой Молокиш Рыбницкого района. Эти захороне­ния были совершены в каменных ящиках и оказались безынвентарными.

Киммерийцы (IX-VII вв. до н.э.) издав­на обитали в степях Северного Причер­номорья. Они были скотоводами и вели кочевой образ жизни. Это первый народ, самоназвание которого нам известно из сообщений древнегреческих авторов. За­метное место в истории ираноязычных киммерийских племён занимали военные походы в древневосточные государства (Урарту, Ассирию, Фригию, Лидию), что нашло отражение в письменных источ­никах VIII-VII вв. до н.э.

Об имущественном и социальном рас­слоении киммерийцев нам известно в ос­новном по сохранившимся и исследован­ным погребальным памятникам, а также по кладам и случайным находкам. Как правило, киммерийцы хоронили своих соплеменников в курганах предшеству­ющего времени — в ямах или подбоях. Крайне редко фиксируются возведение курганов над основными киммерийски­ми захоронениями и бескурганный об­ряд погребения. В мужские захоронения клали предметы конского снаряжения, оружие, оселки, посуду и жертвенную пищу. В женских захоронениях встреча­ются посуда, орудия труда и украшения. Для киммерийского искусства характер­ны геометрические орнаменты в виде одинарных и концентрических кружков, розеток, разнородных спиралей, меан­дров и ромбовидных фигур.

Ряд неординарных киммерийских за­хоронений был раскопан на террито­рии Приднестровья. В 1992 г. на окраине Слободзеи был исследован курган с дву­мя киммерийскими погребениями (ос­новным и впускным), упомянутый нами при описании истории археологических исследований в Приднестровье. В 1994 г. у с. Мокра Рыбницкого района было най­дено впускное киммерийское захороне­ние, а спустя год ещё одно — у с. Глиное Слободзейского района. Только через 20 лет, в 2015 г., у того же села Слободзейского района были обнаружены три кимме­рийских впускных погребения в одном кургане.

Киммерийцев сменили скифы, кото­рые появились в Приднестровье в конце VII в. до н.э. В VI-IV вв. до н.э. скифы были скотоводами и вели преимущественно кочевой образ жизни. Они разводили лошадей, крупный и мелкий рогатый скот, поддерживали культурные и тор­гово-экономические контакты со своими соседями — фракийскими племенами на западе и северо-западе, и с греческими го­родами-колониями — на юге и юго-восто­ке. Скифы были прекрасными наездни­ками и воинами. «Отец истории» Геродот оставил нам подробное описание неудач­ного похода персидского царя Дария на скифов в 512 г. до н.э.

В отличие от своих предшественни­ков, киммерийцев, скифы, как правило, возводили курганные насыпи над захо­ронениями своих соплеменников. Одна­ко в Приднестровье известны скифские погребения в курганах эпохи бронзы, а также бескурганные могильники и скиф­ские клады. Погребальные сооружения скифов различаются — ямы, катакомбы и деревянные склепы. Обычно практико­вали обряд ингумации — умершего укла­дывали в вытянутом положении, головой на запад. В то же время в степях Придне­тровья известны скифские погребения, совершённые по обряду кремации — тело погребённого сжигали на месте захороне­ния (в яме или в деревянном склепе).

За последние 120 лет сотни скифских захоронений были исследованы на тер­ритории Дубоссарского, Григориопольского и Слободзейского районов. Многие из них содержали наборы вооружения, предметы конского снаряжения, орудия труда, предметы быта, посуду, украше­ния, туалетные принадлежности и пред­меты культа. Некоторые из находок яв­ляются выдающимися произведениями ювелирного искусства, другие представ­ляют собой греческие или фракийские импорты. За это время в насыпях кур­ганов было сделано несколько находок скифских антропоморфных изваяний.

Как показали исследования скифско­го могильника у с. Глиное в 1995-2012 гг., скифская степная культура не исчезла в степях Приднестровья в конце IV в. до н.э., как считалось ранее. В на­стоящее время нет сомнений, что скифы проживали в степном Поднестровье не­прерывно, минимум до конца II в. до н.э. В III-II вв. до н.э. скифы оседают на зем­лю. Появляются скифские поселения у с. Чобручи и у с. Глиное Слободзейского района. В погребениях могильника у с. Глиное обнаружены находки, которые свидетельствуют о постоянных культур­ных и торгово-экономических связях с греческим населением региона, с фракийским племенем гетов и с носителями латенизированных культур Восточной Европы.

В Приднестровье известны и гетские памятники. Жили геты (V-II вв. до н.э.) как в укреплённых, так и в неукреплён­ных поселениях. Самым распространён­ным видом укрепления поселений являл­ся деревянно-земляной вал со рвом, хотя в некоторых случаях при строительстве применялся камень. Некоторые горо­дища были застроены стационарными жилищами и, очевидно, были постоян­но заселены, другие использовались как городища-убежища в период опасности, угрожавшей жителям окрестных поселе­ний. Неукреплённые поселения распола­гались в удобных для земледелия и выпа­са скота местах, в долинах рек и ручьёв. Жилищами гетов служили в основном наземные постройки, хотя встречаются и полуземляночные. Основными заняти­ями гетов были земледелие и скотоводство. У них было развито литейное дело. Гетские городища известны в Придне­стровье в Каменском районе (с. Катериновка, с. Рашков), в Рыбницком районе (с. Выхватинцы, с. Строенцы), Григориопольском районе (с. Спея).

Погребения совершались в основном по обряду кремации, реже по обряду ингумации. Немногие гетские захоронения на территории левобережного Придне­стровья были открыты и исследованы у с. Рашков Каменского района, у с. Ташлык и с. Спея Григориопольского района, у с. Чобручи Слободзейского района.

В первой половине I в. до н.э. в степи Северного Причерноморья проникают многочисленные племена сарматов. Сар­маты (I в. до н.э. — IV в. н.э.) были воин­ственными и постоянно угрожали восточ­ным границам Римской империи. Будучи в основном скотоводами, сарматы распо­лагали излишками скота, которые обме­нивали на продукты земледелия в при­черноморских полисах — Ольвии, Тире, Никонии. Считается, что отдельные сар­матские кланы, судя по нескольким из­вестным поселениям, переходили к заня­тию земледелием. Активная торговля с римскими факториями и грабительские набеги на Мёзию позволяли накапливать богатые украшения и утварь, которые не­редко встречаются как в курганных, так и грунтовых погребениях.

Хоронили умерших в основном в ямах. Господствует трупоположение, погребённые в основном лежат на спине, в Прид­нестровье головой, как правило на север. Инвентарь мужских погребений состав­ляли мечи и стрелы, уздечный набор, из­редка копья. В инвентарь многих женских погребений входили мечи, чем подтверждаются данные античных источников об участии молодых сарматок в боевых действиях, а также украшения, зеркала, железные ножи и пряслица. Для всех по­гребений характерна жертвенная пища.

Самые яркие сарматские погребения были исследованы в 1990 г. у с. Мокра Рыбницкого района. Однако сарматские захоронения были обнаружены во всех районах Приднестровья. Так, в 2014 г. на окраине г. Тирасполь был исследован курган с основным сарматским захороне­нием.

На заключительном этапе существова­ния сарматов в Приднестровье появляется черняховская археологическая культу­ра (середина III — начало V в.). От Карпат на западе до левобережья Днепра на вос­токе эта культура, в целом, отличалась единообразием, хотя была полиэтнич­ной. На черняховских поселениях пре­обладали наземные конструкции, полу­землянки использовались реже. Внутри жилищ зафиксированы очаги и остатки печей. Обязательно присутствие ям для хранения зерна, которое иногда держали в больших сосудах — корчагах. О высоко­продуктивном по тем временам зерновом хозяйстве свидетельствует применение деревянного рала и плуга с железным наконечником, которые приводились в движении волами. Культивирование пшеницы, полбы, проса, ячменя, ржи и овса подтверждается находками зёрен и отпечатком этих злаков на глине. Высо­кого уровня достигает гончарное произ­водство. В качестве римских импортов присутствуют красноглиняная керамика, различные амфоры и стеклянные кубки. Из бронзы изготавливали фибулы, кольца, серьги, браслеты и другие украшения. Из античных городов сюда попадали зо­лотые и серебряные монеты, а также зо­лотые украшения со вставками из драго­ценных камней.

В Приднестровье, благодаря археоло­гическим разведкам, известны десятки черняховских поселений во всех районах Республики.

Значительно реже встречаются по­гребения, т.к. для племён черняховской культуры был характерен бескурганный обряд захоронения. Погребальные соору­жения представляют собой простые ямы, где фиксируются и ингумации, и кре­мации. В погребениях, совершённых по обряду ингумации, нередки находки по­суды, украшений, аксессуаров костюма, орудий труда и предметов быта.

Несмотря на трудность обнаружения черняховских могильников, некоторые из них удалось выявить. Так, в 1976 г. черняховское погребение было обнаружено в с. Дзержинское Дубоссарского района. Два гончарных сосуда попали в Дубоссарский музей. В 1994 г. в г. Дубоссары сотрудниками НИЛ «Археология» было исследовано ещё одно черняховское по­гребение, из инвентаря которого сохра­нились пять гончарных сосудов и желез­ный нож.

В 376 г. гунны (вторая половина IV — первая половина V в.), продвигаясь к гра­ницам Римской империи, разгромили на своём пути «державу Германариха» (пле­мена черняховской культуры).

Памятники гуннов в Северном При­черноморье крайне редки и представле­ны только отдельными захоронениями. Практиковался обряд трупоположения, погребённые были ориентированы голо­вой на север. Нередко гунны не утружда­ли себя устройством могилы, используя для захоронений погребальные сооруже­ния предшествующего времени.

Широко известно богатое гуннское по­гребение в яме, обнаруженное под камен­ной плитой пола античного склепа на по­селении Беляус в Западном Крыму.

Аналогичная ситуация была зафик­сирована сотрудниками НИЛ «Археоло­гия» в 2001 г. В кургане 50 могильника у с. Глиное Слободзейского района была исследована скифская катакомба. Погре­бальная камера этого сооружения была использована гуннами для захоронения своего соплеменника. При этом останки скифов и сопровождающий их инвен­тарь были выброшены из погребальной камеры, а на их место было уложено гробовище с телом мужчины. Погребённый лежал в вытянутом положении на спине, головой на север. В качестве со­провождающего инвентаря был положен кувшин. Головной убор был украшен бляшками и ромбовидной бронзовой с позолотой пластиной. На поясе обнару­жена золотая пряжка. В настоящее вре­мя этот погребальный комплекс является единственным гуннским захоронением, известным в Приднестровье.

— Какие народы облюбовали приднестровские земли;

— Кто такие на самом деле киммерийцы и фракийцы;

— А также об их быте и культуре, о которых нам поведали древние курганы.

Племена фракийского гальштата. В начале Iтыс. до н. э. из Нижнего Подунавья в лесостепную часть Днестровско-Прутского междуречья продвинулись фракийские племена – носители гальштатской культуры. Сложение северофракийского этноса относится к XII–Xвв. до н. э.

В развитии гальштатских культур Днестровско-Прутского междуречья выделяются три основных этапа. Ранний этап (XII–IXвв. до н. э.) характеризуется переходом от поздней бронзы к раннему железному веку. Среднему этапу (VIII– VIIвв. до н. э.) присуще распространение железных орудий труда. Поздний этап (VI–Vвв. до н. э.) является переходным от гальштатских древностей к гетской культуре. Для каждого из этапов характерно существование самостоятельных культурно-исторических групп памятников.

Древние фракийцы обитали в лесостепной зоне Днестровско-Прутского междуречья и левобережья Днестра. Проживали в основном на неукреплённых поселениях (селищах) небольших размеров. Они располагались на мысах или на берегах неглубоких оврагов, на террасах или в поймах рек. Их площадь варьируется от 1 до 5га. Иногда встречаются крупные посёлки размерами от 20 до 40га.

В качестве жилищ строили глинобитные дома наземного типа как небольших, так и крупных размеров. Для наземных жилищ характерна прямоугольная форма. Они состояли из деревянного каркаса, обмазанного толстым слоем глины. Внутри жилища находилось отопительное сооружение в виде открытого очага или купольной печи, изготовленной из дерева и глины. Среди жилищ зафиксированы землянки и полуземлянки как прямоугольной, так и овальной форм. Кроме того, в составе жилых сооружений, а также за их пределами находились хозяйственные ямы округлых в плане форм. Они использовались в качестве погребков, для сбора очажного или бытового мусора.

Для племён фракийского гальштата отмечен как курганный, так и бескурганный обряд захоронений.

Захоронения в основном совершались по обряду кремации (трупосожжение). Кальцинированные кости, как правило, помещались в керамические сосуды-урны вместе с погребальным инвентарём. При обряде ингумации (трупоположения) умерших хоронили в простых прямоугольных ямах или каменных ящиках.

Среди находок самой многочисленной является лепная керамика. Она представлена различными категориями сосудов (простые горшки, миски, кубки, черпаки, корчаги и др.), которые отличаются многообразием форм, наличием орнамента.

Основными занятиями древних фракийцев были скотоводство и земледелие. На раннем этапе они занимались выплавкой и обработкой бронзы, позже освоили добычу и изготовление орудий труда из железа. Широкое распространение получило производство глиняной посуды. Среди других ремёсел были развиты прядение и ткачество, обработка кости и рога.

Памятники фракийского гальштата на территории Приднестровья представлены селищами (Рашков, Чобручи), погребальными комплексами (Большой Молокиш, Погребя, Слободзея) и случайными находками (Рыбница).

Киммерийцы (IX – середина VIIв. до н. э.) являются первым народом на территории Приднестровья, который упоминается в письменных источниках. Самые ранние сведения о киммерийцах зафиксированы в ассирийских клинописных текстах. Наиболее многочисленные упоминания встречаются в трудах древнегреческих (Гомер, Аристей, Геродот, Фукидид, Гекатей) и древнеримских (Страбон) историков. Данные о киммерийских именах зафиксированы и у византийских авторов. Сведения письменных источников свидетельствуют, что киммерийцы оставили значимый след в древней истории Северного Причерноморья, в том числе и Приднестровья.

Киммерийцы были воинственными кочевниками и относились к иранской группе индоевропейской языковой семьи. Основным занятием у них было кочевое скотоводство, главным образом, разведение лошадей. У киммерийцев были хорошо развиты некоторые виды ремёсел (железоделательное производство), торговые отношения с соседними племенами и государствами Восточного Средиземноморья. Общественный строй киммерийцев характеризовался патриархальными отношениями, где роды объединялись в племена, а затем в племенные союзы во главе с наиболее сильными царями.

В IX–VIIIвв. до н. э. Киммерийские племена заселяли степные пространства от Дона до Дуная. О присутствии киммерийцев в приднестровских степях косвенно свидетельствует указание Геродота на существование могилы «киммерийских царей» в устье Днестра, а также данные Страбона о близости киммерийцев к фракийцам. В археологической науке относительно происхождения и этнической принадлежности киммерийцев существуют различные точки зрения. Однако большинство исследователей признают их генетическую связь с населением белозёрской или срубной культуры позднего бронзового века.

Наглядным подтверждением присутствия киммерийских племён в Приднестровье являются археологические памятники. Они представлены под-курганными захоронениями в виде ям прямоугольной и овальной формы. В отдельных случаях встречаются ямы, в длинных стенах которых в виде ниш были устроены погребальные камеры. Конструктивной особенностью погребальных сооружений киммерийцев является использование дерева и камня.

Среди погребального инвентаря чаще всего находят керамические сосуды, украшенные резным орнаментом. Вооружение представлено биметаллическими мечами и кинжалами (рукоять делали из бронзы, а клинок из железа). Среди находок известны бронзовые и костяные наконечники стрел. В погребениях часто встречаются предметы конской упряжи (бронзовые и костяные удила, псалии, бляхи, лунницы), а также украшения (височные кольца, серьги, браслеты, подвески, бусы и др.). Иногда в могилы клали предметы быта (железные ножи и каменные оселки). Для киммерийских погребений характерны каменные изваяния, на которых изображались различные предметы (оружие, оселки, пояса и др.).

В Приднестровье археологические памятники киммерийской культуры исследованы у сёл Владимировка и Мокра Рыбницкого района, Васильевка Дубоссарского района, Бутор и Красное Григориопольского района, Глиное, Ново-Котовск, Парканы и Суклея Слободзейского района, а также у Слободзеи и Тирасполя.