Детство на чужбине

Михаил Семёнович родился 30 мая (19 мая по старому стилю) 1782 года в семье графа Семёна Романовича Воронцова – российского дипломата и посланника в Лондоне. Именно там прошло его детство и молодость. В августе 1784 года, после непродолжительной болезни, мать Михаила (Екатерина Алексеевна, дочь адмирала А.Н. Сенявина) скончалась. Семен Романович больше не женился и всю свою нерастраченную любовь перенес на сына и дочь, Мишу и Катю.

Семен Романович Воронцов сам руководил воспитанием и обучением сына, стремясь наилучшим образом подготовить его к служению на благо Отечества. Он был убежден, что, прежде всего, необходимо свободно владеть родным языком и хорошо знать русскую литературу и историю. В отличие от многих своих русских сверстников, которые предпочитали общаться на французском, Михаил, зная великолепно французский и английский языки, греческий и латынь, свободно говорил и писал по-русски. В расписании занятий Михаила были математика, естественные науки, фортификация, архитектура, военное дело, музыка, рисование. Он научился владеть разными видами оружия, стал неплохим наездником. Для расширения кругозора сына Семен Романович водил его на заседания парламента и светские собрания, осматривал с ним промышленные предприятия, бывали они на русских кораблях, заходивших в английские гавани.

С младых лет Семен Романович внушал сыну:

«Любой человек принадлежит, прежде всего, Отечеству, его первейший долг – любить землю своих предков и доблестно служить ей. А возможно это лишь с твердым понятием о вере, чести и при наличии основательного образования…»

Семен Романович сам подбирал сыну учителей, сам составлял программы по разным предметам, сам с ним занимался. Эта продуманная система образования вкупе с блестящими способностями Михаила позволили ему обрести тот багаж знаний, которым он будет впоследствии поражать современников на протяжении всей жизни.

Прожив полжизни за границей, С.Р. Воронцов любил повторять:

«Я русский и только русский».

Эта позиция определила все и для его сына.

В 1798 году император Павел I присвоил юному Воронцову звание действительного камергера – в табели о рангах это звание занимало 4-й класс, тот же самый, что и военный чин генерал-майора и гражданский чин тайного советника.

Возвращение на Родину

Герой Отечественной войны В 1801 году Михаил Воронцов возвращается в Санкт-Петербург для службы в армии. Ещё грудным ребёнком, как это было принято в дворянских семьях, его записали в бомбардир-капралы лейб-гвардии Преображенского полка, так что уже в 4 года его произвели в прапорщики. С 1803 года уже в звании поручика гвардии в действующей русской армии Михаил Воронцов участвовал практически во всех военных кампаниях той эпохи: на Кавказе, в войнах с Турцией, Швецией, Францией. На Кавказе он отличился при захвате крепости Гянджи и в сражении под Закаталами.

Уже в январе 1807 года, после удачного для русских сражения с французами при Пултуске, ему присваивают звание полковника. А за проявленные умение и отвагу при штурме Базарджика во время русско-турецкой войны 1806-1812 годов его производят в генерал-майоры. В марте 1812 года Михаила Семёновича награждают высшей военной наградой России – орденом Святого Георгия 3-го класса.

Отечественную войну 1812 года Михаил Семёнович встретил в армии князя Петра Ивановича Багратиона. В её составе генерал Воронцов принял участие в Смоленском сражении. В битве под Бородином Воронцов командовал 2-й сводно-гренадерской дивизией, которая обороняла Семеновские флеши. К концу боя в её строю осталось всего 300 человек из 4 тысяч личного состава. Сам генерал Воронцов, находясь на переднем крае обороны, получил штыковую рану в рукопашном бою.

После сражения он уехал в тыл на лечение в своё имение Андреевское в Покровском уезде Владимирской губернии, где организовал госпиталь для раненых солдат и офицеров. Едва излечившись, Воронцов обратно вернулся в строй, получив назначение в армию Павла Васильевича Чичагова.

В кампании 1813 года генерал Воронцов сражался под Денневицем и в знаменитой, ставшей переломной в войне, «битве народов» под Лейпцигом. В 1813 году Воронцову присваивают звание генерал-лейтенанта.

Во время заграничного похода 1814 года генерал Воронцов достойно проявил себя в сражении против самого Наполеона при городе Краоне, за что удостоился ордена Святого Георгия 2-го класса.

В 1815-1818 годах Воронцов командовал оккупационным корпусом во Франции. Там им был составлен новый свод правил для солдат и офицеров. Отныне старшим по званию запрещалось принижать низшие чины, а телесные наказания и вовсе отменялись.

Далеко не всем в Петербурге понравились преобразования Воронцова, поэтому прибывший на родину корпус графа был расформирован. Михаил Семенович незамедлительно подал в отставку. Однако после личной встречи с Александром I в ноябре 1820 года, награждения орденом св. Владимира 1-го класса, опубликования в газетах рескрипта с хвалебными отзывами о корпусе Воронцова и о действиях его командующего во Франции, Михаил Семенович принял окончательное решение остаться на службе.

Примечательный факт: когда русские войска оставляли Францию, Михаил Семёнович из личных средств оплатил все долги перед местным населением.

В марте 1820 года генерала Воронцова назначают командиром 3-го пехотного корпуса. Однако далее боевой генерал начинает служить России уже на гражданском поприще.

Генерал-губернатор Новороссии и наместник Бессарабии

В мае 1823 года Михаила Семёновича назначают новороссийским генерал-губернатором и полномочным наместником Бессарабской области.

Край в ту пору был практически не освоен. Северное Причерноморье ещё относительно недавно считалось Диким полем, поэтому развивать его приходилось практически с нуля. Требовалось принимать меры для его скорейшего заселения, развития земледелия, промышленности, общественных институтов. Воронцов был прекрасным организатором. За короткое время он собрал вокруг себя большую группу талантливых, энергичных и деловитых помощников.

Известно, что на развитие Одессы Михаил Семёнович пожертвовал из личных средств 8 миллионов рублей (6 855 238 095 нынешних российских рублей). На них были построены сиротский дом, лечебница для неимущих, Александровский детский приют.

Параллельно с руководством Новороссией и Бессарабией Воронцов привлекался к дипломатическим контактам с Османской империей и военным операциям против неё. Во время Русско-турецкой войны 1828-1829 годов он руководил осадой и взятием крепости Варна.

Энергично боролся Воронцов и с эпидемией чумы, занесённой из Турции во время войны 1828-1829 годов. Благодаря его усилиям, в частности устройству карантинной линии на Днестре, болезнь не проникла в глубь России.

На столь значимом посту он развивает новую отрасль отечественной промышленности – виноделие. Убедившись в благоприятности крымского климата, граф Воронцов горячо принимается за дело: выписывает виноградные лозы всех сортов из Франции, Испании и берегов Рейна, приглашает виноделов, на собственные средства начинает обработку и приготовление земли для насаждения ожидаемых лоз. Также он строит на южном побережье Крыма превосходную шоссейную дорогу.

Наряду с виноделием Воронцов занимается и другой богатейшей отраслью промышленности – развитием тонкошерстных овец. Из Испании и Саксонии были выписаны отборные бараны и овцы для улучшения разводимых пород, приглашены сортировщики шерсти, были учреждены шерстяные мойки.

В 1849 году в одном Тираспольском уезде было 105 670 тонкорунных овец. В результате этих усилий стоимость десятины Новороссийской земли возросла с 30 копеек (257 нынешних российских рублей) до 10-20 рублей (8570–17138 нынешних российских рублей). В 1853 году из новороссийских портов было отпущено шерсти 354 637 пудов (5 780 583 кг) на сумму 4 746 519 рублей (1 464 233 304 нынешних российских рублей).

Генерал-губернатор поощрял разведение и умножение хлебных, масляных и торговых растений, заботился о лесоразведении. В Одессе он учредил Общество сельского хозяйства.

При нем, в 1828 году начато регулярное пароходство по Чёрному морю. Маршрут Одесса – Ялта стал первым постоянным пароходным рейсом. В дальнейшем учреждаются пароходства между Одессой и Аккерманом, Таганрогом, Херсоном и Ростовым. Устанавливается постоянное пароходное сообщение между Одессой и Константинополем, Одессой и Галацем, а также между Керчью и Редут-Кале.

Михаил Семёнович Воронцов стоял и у истоков строительства железной дороги в Новороссийском крае. В 1836 году он предложил проложить шоссе от Одессы до Елисаветграда и Кременчуга с целью улучшения торговых путей. Ответ императора Николая I гласил:

«Полагаю, что устройство железной дороги будет и лучше, и полезней всего: надо определить только, откуда её начать».

Выполняя волю императора, Михаил Семёнович, вызвав из Бельгии опытного специалиста и собрав подробные статистические данные, представил в 1844 году новый проект.

Приняв за центр южных железных дорог Одессу, а конечной целью – Москву, князь Воронцов предложил следующее направление.

Первая железнодорожная линия шла бы от Одессы до Паркан (тогда болгарская колония напротив Бендер) на Днестре, вторая – от Одессы до города Ольвиополя (при впадении реки Синюхи в Буг), где собиралось большое количество обозов, идущих из Киевской и Подольской губерний. По этим веткам в Одесский международный порт быстро и дешево поступала бы сельскохозяйственная продукция стремительно развивающихся Бессарабии, Приднестровья и всей Новороссии.

К сожалению, Крымская война помешала воплощению этого проекта в жизнь, так что к его реализации приступили уже после смерти Михаила Семёновича.

Лишь в мае 1863 года была торжественно заложена Одесско-Парканская ветвь железной дороги. Так, завершился замысел уже покойного на тот момент князя Воронцова, задуманный ещё в 30-х годах девятнадцатого столетия.

Новороссия обязана Михаилу Семёновичу также и археологическим изысканиям, развитием образования, строительством городов.

Именно при Михаиле Семёновиче в 1847 году был утверждён герб Тирасполя. На нём в верхней части щита в золотом поле располагался герб Херсонской губернии, а в нижней на чёрном поле изображалась диагональная крепостная стена красного цвета и два жёлудя по обе её стороны.

Неоднократно генерал-губернатор посещал Бендерскую крепость, в том числе и в ходе визита в город российского императора Николая I (1828 год).

Воронцовы и Пушкин

Во время губернаторства Воронцова в Кишинёве, а затем на его глазах в Одессе находился в ссылке (1820-1824гг.) Александр Сергеевич Пушкин.

В Кишиневе Пушкину было скучно, и он сумел выхлопотать перевод в Одессу, который на глазах превращался в блестящий европейский город с оперой, ресторанами, модными магазинами. Молодой поэт с головой окунулся в светскую жизнь города, ходил на балы и маскарады, играл в карты, ухаживал за дамами.

Губернатор Новороссии приветливо встретил Пушкина, пригласил «запросто» заходить к нему, пользоваться богатейшей библиотекой. Кто бы мог подумать, что меньше, чем через год они станут непримиримыми врагами? И Пушкин под горячую руку напишет хлесткую эпиграмму, которая и останется в истории:

Полу–милорд, полу–купец,

Полу–мудрец, полу–невежда,

Полу–подлец, но есть надежда,

Что будет полным наконец.

С этого времени Воронцов стал рассматривать ссыльного поэта прежде всего как чиновника, давал ему поручения, казавшиеся тому оскорбительными. Так, например, в мае 1824 года поэта направили в командировку – считать ущерб от нашествия саранчи. Что же поссорило блестящего царедворца и молодого поэта? Как говорится: «Ищите женщину»…

В сентябре 1823 года на балу Пушкин познакомился с женой губернатора Елизаветой Ксаверьевной. Ему – 24 года, ей – 31 год, но выглядела жена Воронцова совсем юной, была она одной из привлекательнейших женщин своего времени.

Елизавета Воронцова была младшей из пяти детей польского графа Ксаверия Браницкого и племянницы князя Григория Потемкина, фаворита Екатерины II. Она получила прекрасное образование, в том числе и музыкальное. Родители не стремились выдать дочерей замуж. Елизавета жила в отчем доме, в Белой Церкви до 26 лет. И вот в 1819 году графиня–мать отправилась с младшей дочерью в путешествие по Европе. В Париже Елизавету познакомили с 36–летним Михаилом Воронцовым, и вскоре она стала его супругой. Это был брак по расчету и блестящая партия для обоих.

Появившись после свадьбы в Петербурге, Елизавета Воронцова покорила свет своим изяществом и парижскими туалетами. Ее добивался сам император Николай I, но графиня Воронцова сумела вежливо, но твердо уклониться от его милостей.

Роскошный дом Воронцовых в Одессе стал местом встреч аристократии. В нем звучали стихи, песни, музыка, ставились любительские спектакли. И часто бывал влюбленный Пушкин, который посвящал прелестной хозяйке страстные стихи.

Отвечала ли Елизавета Воронцова поэту взаимностью? Пушкинисты, которые изучили каждую деталь биографии поэта, расходятся во мнениях. Конечно, да, уверяют одни. А иначе почему она так подолгу беседовала с ним, гуляла по парку и по скалистой тропе над морем. И наконец, почему, прощаясь с Пушкиным, который уезжал в Михайловское, первая дама Новороссии подарила ему драгоценный перстень? Поэт никогда не расставался с ним, называл своим талисманом и воспел в бессмертных строках.

Другие пушкинисты считают, что Воронцова просто симпатизировала молодому поэту и их роман – всего лишь красивый миф. Чувство, которое поэт питал к Воронцовой.

Есть и еще одна версия: мол, отношения Елизаветы Воронцовой с Пушкиным служили прикрытием для романа с Александром Раевским, ее дальним родственником и первой любовью.

Громкий скандал случился в 1828 году. Воронцовы принимали в Одессе императора Николая I с женой и сыном Александром. Елизавета Ксаверьевна ехала на встречу с ними, когда Раевский с хлыстом в руках остановил ее экипаж и злобно выкрикнул: «Заботьтесь хорошенько о наших детях!».

Генерал-губернатор был вне себя от такого позора и дальше терпеть «мерзавца» не собирался. Раевского высылают в Полтаву, к отцу – «за разговоры против правительства». В 1826 году его арестовали по подозрению в причастности к восстанию декабристов, однако вскоре выпустили на свободу…

Елизавета Воронцова пережила Александра Пушкина на 43 года. До старости она выглядела необыкновенно молодо, прекрасно одевалась и продолжала привлекать поклонников. Но, кажется, больше никто не смог завоевать ее сердце. Она посвятила себя благотворительности, сблизилась с мужем, особенно после смерти троих детей, и сопровождала его везде, даже в военных походах на Кавказ.

Главнокомандующий войск на Кавказе

В 1844 году Воронцова назначают главнокомандующим войск на Кавказе и наместником кавказским. Ему предоставляют неограниченные полномочия и оставляют во всех прежних должностях.

На новом посту Воронцов не только укреплял влияние России на Кавказе силой оружия (взятие аулов Гергебиль и Салты, победа в Салтинском сражении), но и пытался добиться естественного слияния кавказских земель с Российской империей. Он развивал промышленность и пути сообщения, образование и национальную культуру края, приобщал местное населения к русской культуре.

6 августа 1845 года Михаил Семёнович Воронцов был возведён в княжеское достоинство Российской империи.

Отставка и последние годы жизни

Накануне своего семидесятилетия Михаил Семёнович, почувствовав резкое ухудшение здоровья, подал в отставку и в 1854 году был уволен с должности наместника, но уже летом 1855 года в Санкт-Петербург участвовал в обсуждении предварительных условий мира после окончания Крымской войны.

Летом 1856 года ему было присвоено звание генерал-фельдмаршала.

Михаил Семёнович Воронцов ушёл из жизни 18 ноября 1856 года в Одессе. Он был погребён в Одесском кафедральном Спасо-Преображенском соборе.

За заслуги перед Отечеством Михаилу Семёновичу Воронцову установили два памятника – в Тифлисе (1867г.) и в Одессе (1863г.). Скульптурное изображение светлейшего князя есть и на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде.

16 августа 2008 года бронзовый памятник М.С. Воронцову был открыт в Ейске, а в 17 сентября 2010 года – в Бердянске.

5 ноября 2021 года бюст М.С. Воронцову открыт на территории Бендерской крепости.

По материалам сайтов:

https://novostipmr.com/ru/news/22-05-29/svetleyshiy-knyaz-mihail-voroncov-pravitel-novorossii-i-bessarabii

https://kontinentusa.com/graf-ms-voroncov-general-gubernator-novorossii/

https://sovsojuz.mirtesen.ru/blog/43184195502/Vorontsovyi-Polu-milord-svetleyshiy-knyaz-i-general-feldmarshal-

и других источников

Восшествие на престол Николая I совпало с восстанием декабристов, в ходе которого погиб один из героев Отечественной войны 1812 года и царедворец Александра I, бывший с ним в поездке по нашему краю в 1818 году – генерал Милорадович.

Историография называет Николая I «рыцарем самодержавья», справедливо отмечая его консерватизм и веру в идеалы монархии. В то же время именно в период его царствования предпринимаются отчетливые попытки решить проблему крепостного права, строится первая железная дорога, происходит кодификация законов. На его правление приходится и пандемия холеры, и серьёзные внешнеполитические вызовы.

В наследство от брата Николаю I досталась держава, с которой приходилось считаться всем. Победив Наполеона, Россия оказалась самой могущественной страной Европы. За балансом политических сил на континенте следил созданный Александром I «Священный Союз», куда, помимо России, входили Австрия и Пруссия. C последними, правда, все больше возникало трений из-за восточного вопроса – борьбой балканских народов за освобождение от Турции и проектом раздела территорий Османской империи.

Так, весной 1821 года началось очередное греческое восстание против турецкой оккупации. Возглавлял его Иоанн Каподистрия, составивший проект административного устройства Бессарабии и возглавлявший МИД Российской империи. Россия восстание поддержала, и не только дипломатически: в 1827 году эскадра России, Англии и Франции уничтожила турецко-египетский флот в Наваринской бухте. В результате Турция закрыла для России проливы Босфор и Дарданеллы и объявила о разрыве ранее заключенных соглашений. Это стало поводом к войне, закончившейся полной победой России и подписанием в 1829 году Адрианопольского мира. По нему автономию получали Валахия и Молдавия, Турция обязалась соблюдать их административное устройство и законодательство, созданием которого занялся русский генерал Павел Киселёв. По этому документу Османская империя признавала также переход к России в результате русско-персидской войны 1826-28 годов Эриванского и Нахичеванского ханств, на основе которых была создана Армянская область.

Но до этого были тяжелые боевые действия, в которых участвовал в качестве командующего и Пётр Витгенштейн, защитник Петербурга и владелец жемчужины Подолии — Каменки.

Ударной силой в новой войне против Турции на Западе (боевые действия велись на нескольких театрах) была Вторая армия, дислоцировавшаяся в юго-западных губерниях России. В конце апреля 1828 года она направилась к Дунаю, а из Тирасполя выдвинулась осадная артиллерия для осады Браилова – крупной турецкой крепости.

Как раз 25 апреля 1828 года, когда русская армия должна была перейти пограничный Прут, император Николай I покинул Санкт-Петербург и двинулся к войскам. На следующий день вслед за ним в Одессу отправились императрица Александра Фёдоровна и великая княжна Мария Николаевна в сопровождении министра двора князя Волконского. Последний, к слову, сопровождал Александра I во время его поездки в наши края в 1818 году.

В прошлом очерке рубрики «Вёрсты времени» приводились цитаты из четырёхтомного издания Николая Шильдера «Император Александр Первый. Его жизнь и царствование». Продолжим цитировать этого военного историка. Он собирал и материалы для аналогичного труда, описывающего царствование Николая I, но завершить его не успел. В 1903 году, уже после смерти Николая Карловича Шильдера, были изданы два тома его рукописей под названием «Император Николай I. Его жизнь и царствование». Многое историк осветить не успел, но посещение Тирасполя императором всё же нашло отражение во втором томе.

Из этого труда мы узнаем, что сопровождал императора шеф жандармов и начальник политической полиции, генерал-адъютант Бенкендорф Александр Христофорович. Он был неизменным спутником государя во всех его поездках. Вместе с царем Бенкендорф в мае 1828 года приезжает в Тирасполь.

«Желая скорее явиться среди своей армии, император Николай ехал день и ночь и остапновился только ненадолго в Могилёве (имеется в виду Могилёв-Подольский – ред.), Елизаветграде (будущий Кировоград и нынешний Крапивницкий — ред.) и Вознесенске для осмотра войск (во всех этих городах тогда оставались резервные части Второй армии – ред.). Испорченные продолжительными дождями дороги весьма затрудняли переезд. Тем не менее с 5-го(17-го) и на 6-е (18-е) мая государь имел уже ночлег в Тирасполе», — пишет Шильдер.

Где остановился Николай I, ещё предстоит выяснить краеведам и историкам. Для этого необходимо провести соответствующую работу в архивах. Известно, что за два года до своего приезда в Тирасполь царь простил большую часть выплат по займам тем, кто пострадал в страшном пожаре 1818 года.

В военную кампанию 1828-29 гг. Николай I останавливался и во втором по значимости городе нынешней Приднестровской Молдавской Республики – Бендерах. Как утверждают хроникёры, там его первого возвращения с фронта ждала супруга Александра Фёдоровна. Встреча императорской четы в Бендерах произошла 14 (26) мая. На следующий день они отправились в Одессу, где остановились в доме Новороссийского губернатора Михаила Воронцова. Правда, 18 мая Николай I снова отбыл в расположение армии — в Измаил.

Бенкендорф впоследствии вспоминал, что Николай I не раз ездил из расположения армии в Одессу и обратно, как будто речь шла «о прогулках из Санкт-Петербурга в Петергоф».

Надо сказать, что со времен Петра Великого император Николай I был первый из русских монархов, вступивших на оттоманскую территорию. В России с беспокойством взирали на отъезд государя в армию и на те опасности, которые неминуемо ожидали его среди неприветливой, вражеской земли», — говорится в книге Николая Шильдера.

Кроме посещения русских войск у осаждённого Браилова, царь побывал и в лагере у турецкой крепости Исакча. Участвовал и в переправе войск через Дунай.

Принял в Измаиле император и депутацию от дунайскийх казаков, которые во главе с кошевым атаманом Осипом Гладким просили монарха простить им службу туркам и принять их в подданство России. Дело в том, что еще в конце XVIII века группа бывших запорожцев ушла в Османскую империю, где поселилась в дельте Дуная. Турки привлекали их к своим военным кампаниям. Так дунайские казаки приняли активное участие в подавлении греческого восстания.

Эти казаки получили прощение, а Гладкий стал на русской службе генерал-майором и кавалером четырёх орденов. О том, как казаки были ошеломлены милостью императора, писал Бенкендорф. Он описывает эпизод, когда бывшие подданные турецкого султана имели шанс передать Николая I туркам, но предпочли ответить преданностью на прощение.

«Ввиду ещё не сдавшейся и защищаемой сильным гарнизоном крепости (прим. — Исакча) государь сел в шлюпку запорожского атамана. Гладкий сам стоял у руля, а двенадцать его казаков гребли. Этим людям, так недавно ещё нашим смертельным врагам и едва за три недели перед тем оставившим неприятельский стан, стоило только ударить несколько лишних раз вёслами, чтобы сдать туркам под стенами Исакчи русского самодержца», — вспоминал Бенкендорф.

2 (14) сентября 1829 года был заключён Адрианопольский мир. По нему к России отошла значительная часть восточного побережья Чёрного моря, включая Анапу, Суджук-Кале (нынешний Новороссийск) и Сухум, а также дельта Дуная. Кроме того, Турция признавала переход к России большей части нынешних Грузии и Армении. Османская империя обязывалась соблюдать автономию Сербии и Греции и предоставить такой же статус Молдавии и Валахии. В обоих этих княжествах до приведения в порядок местной власти оставались русские войска. Наконец, России полагалась крупная контрибуция.

Следующий раз российский самодержец посетит Тирасполь в 1877 году. И опять этот визит будет сопряжён с войной с Турцией. На сей раз царский манифест об объявлении войны появится на свет в наших краях. Но это будет уже сын Николая I Александр II. И об этом посещении монархом Тирасполя, а заодно о том, что ему предшествовало, мы расскажем в следующем очерке «Вёрст времени».

Паром и железом улучшить экономику

Паровая тяга и железная дорога изменили мир XIX века. Вдруг оказалось, что пространство можно сжимать: железнодорожный транспорт сократил расстояния и существенно удешевил перевозки. Колейные дороги строили еще в глубокой древности, но только с развитием металлургии удалось создать достаточно прочные материалы, которые выдерживали давление многотонных грузов. Английский инженер Джордж Стефенс модернизировал паровоз Тревика, созданный ещё в 1804 году, и убедил шахтовладельцев построить первую в мире железную дорогу с паровой тягой. Появилась она в 1825 году и уже через пять лет соединила промышленный Манчестер с портовым Ливерпулем.

Правда, несмотря на очевидный экономический эффект, строительство железной дороги и её содержание были делом очень затратным. Тем более в России с ее огромными пространствами и суровым климатом. Споры о том, строить или не строить, разгорелись даже при дворе императора Николая I, который сам хорошо разбирался в инженерном деле и в итоге стал ярым сторонником железной дороги. Первая появилась уже в 1837 году, соединив Санкт-Петербург с Царским Селом, паровозы для нее были заказаны в Англии.

Но еще за год до её открытия Николай I в письме новороссийскому губернатору и наместнику Бессарабской области князю Михаилу Воронцову на ходатайство проложить шоссе от Одессы до Елисаветграда и Кременчуга с целью улучшения торговых путей в Новороссийском крае писал:

«Полагаю, что устройство железной дороги будет и лучше, и полезней всего: надо определить только, откуда её начать».

Выполняя волю императора, князь Воронцов собрал все необходимые статистические данные и предложил построить железную дорогу на конной тяге (вагоны тянут запряженные кони – первые паровозы стоили очень дорого). В качестве аргумента, обосновывающего необходимость проекта, губернатор привёл конкуренцию придунайских портов Валахии.

Конкурентное преимущество

Дело в том, что после русско-турецкой войны 1828–29 гг. стараниями российского администратора генерала Кисилёва Дунайские княжества получили не только автономию и первую конституцию, но и мощный импульс экономического развития. Ушли в историю внутренние таможенные границы, а Дунай стал свободным для навигации иностранных судов.
Вскоре Молдавия и Валахия превратились в значимых поставщиков зерна в европейские страны. В это время в Европе набирала обороты промышленная революция, население индустриальных центров быстро росло и нуждалось во всё больших объёмах продовольствия. Его отгрузку осуществляли дунайские порты Браил и Галац, которые оказались главными конкурентами российской Одессе.

Необходимо «принять самые решительные меры предупреждению важных последствий для нашей торговли от соперничества придунайских портов», писал Воронцов Николаю I. И предлагал решение:

«От поощрения устройства сети железно-конных дорог в наших степях, которые, сближая расстояния, скоростью, правильностью и дешевизной провоза поставили бы нас в возможность не бояться никакого соперничества на иностранных рынках, зависит будущность торговли нашего южного края».

Предложение Воронцова понравилось Николаю I, который, в свою очередь, дополнил проект:

«Чтобы при сооружении просимой железной дороги дать ей такое устройство, чтобы оно могло впоследствии послужить для паровозного сообщения».

Приняв за центр южных железных дорог Одессу, а конечной целью — Москву, князь Воронцов предложил следующее направление.

Первая железнодорожная линия шла бы от Одессы до Паркан на Днестре, вторая — от Одессы до города Ольвиополя (при впадении реки Синюхи в Буг), где собиралось большое количество обозов, идущих из Киевской и Подольских губерний. По этим веткам в Одесский международный порт быстро и дешево поступала бы сельскохозяйственная продукция стремительно развивающихся Бессарабии, левобережных земель Днестра и всей Новороссии. Это не только бы значительно укрепило позиции России в международной хлебной торговле, где её конкурентами постепенно становились не только придунайские страны, но и венгерские земли, а также стремительно развивающаяся хлебная торговля Соединённых Штатов, но и дало бы сильнейший толчок развитию всей промышленности России.

Общая длина этих линий составила бы около 300 вёрст. В дальнейшем железная дорога направлялась бы на Кременчуг, Полтаву и Харьков, чтобы затем достичь Москвы. Также князь Воронцов предлагал построить ещё одну железнодорожную ветвь в 90 верстах от Ольвиополя до Балты, которая связала бы Одессу с Волынской губернией и отдалённой от Днестра частью Подольской губернии.

Но, по мнению Комитета Санкт-Петербурго-Московской железной дороги, проект Воронцова был слишком дорогим. Финансировать его из казны не представлялось возможным, а концессионные условия (4% прибыли с перевозок в течение 25 лет) не привлекли потенциальных инвесторов.

Под сукном

В итоге Петербург надолго охладел к проекту Одесской железной дороги. Свою роль сыграла и Крымская война (1853–57 гг.), в которой России противостояли не только ослабленная Османская империя и небольшое Сардинское королевство, но и могущественные Великобритания и Франция. Все государственные средства направлялись на войну. Оптимизма не прибавило и её завершение: во время коронации российского императора Александра II князь Воронцов в беседе с новым главным управляющим Ведомства путей сообщения и публичных зданий К. В. Чевкиным убедился, что его план соединить Одессу с центром России осуществится не скоро. Учреждённое в 1857 году для строительства железнодорожной сети Главное общество российских железных дорог оставило Одессу в стороне и выбрало Московско-Феодосийское направление.

Все попытки привлечь для строительства Одесской железной дороги частный капитал из-за политических волнений в Европе и США, а также неодобрения этого проекта со стороны западных компаний не увенчались успехом. И лишь после их провала российское правительство решило, что железную дорогу всё же нужно построить на казённые средства, своими инженерами и под техническим контролем министра путей сообщения.

Новый генерал-губернатор Новороссии и Бессарабии, командующий войсками Одесского военного округа генерал-адъютант Павел Коцебу в приветственной речи одесситам в 1862 году заявил, что «непременная воля государя императора есть, чтобы Одесская железная дорога была сооружена на казённые даже средства, если кампания не состоится». Руководство этим важным делом он принял лично на себя.

И это были не пустые слова. Вскоре в Одессу прибыл бывший предводитель дворянства Эстляндской губернии камергер и действительный статский советник барон Унгерн-Штернберг, которому поручили распоряжаться всеми работами. Замысел уже покойного на тот момент князя Воронцова начал осуществляться в мае 1863-го. Четыре года спустя железнодорожная линия была проложена от Кучурган до Тирасполя, а в 1871-м – до Бендер и Кишинёва. О том, как это было и какое влияние оказала железная дорога на экономическое развитие городов и сёл Приднестровья, расскажем в следующих публикациях.