Монография посвящена изучению истории протестного движения трудовых коллективов Приднестровской Молдавской Республики в период с 1988 по 1992 гг. Особое внимание в издании уделяется процессу создания и деятельности Объединенного Совета трудовых коллективов (ОСТК), его участию в государственном строительстве Приднестровской Молдавской республики. Она представляет собой комплексное исследование протестного движения трудовых коллективов Молдавской ССР и Приднестровской Молдавской Республики, в котором впервые представлен и введен в научный оборот обширный круг архивных материалов, характеризующих общественно-политическую деятельность ОСТК. Особое внимание в издании уделено рассмотрению объективных и субъективных факторов формирования и деятельности протестного движения трудовых коллективов в целом на территории Молдавии и в Приднестровском регионе в частности.

Издание адресовано историкам, политологам, преподавателям и студентам, а также широкому кругу читателей, интересующихся историей создания приднестровской государственности.

Но особенный этот праздник для тех, кто создавали республику, стояли у истоков, строили фундамент и возводили стены нашего государства. Один из таких людей поделился с нами воспоминаниями, а также своими мыслями о дне сегодняшнем.

Разговор с государственным, политическим и общественным деятелем ПМР, председателем Совета учредителей Фонда основателей Республики Владимиром Рыляковым.

36 лет назад состоялся референдум в Тирасполе, на котором подавляющее большинство жителей города высказались за его вхождение в Приднестровскую Автономную ССР в случае её создания. Такой выбор тираспольчане сделали вслед за Рыбницей, где 3 декабря прошёл первый референдум в Советском Союзе.  К идее возрождения республики приднестровцев подтолкнули события в Кишинёве: в 1989 году под давлением националистов Верховный Совет Молдавской ССР принял пакет законов о языке, которые ставили в неравное положение национальности союзной республики (составлявшие 35% населения МССР, а в Приднестровье более 60%) по отношению к титульной нации. Ведущая роль в проведении референдумов принадлежала Объединенному Совету трудовых коллективов (ОСТК). Эта организация, объединившая работников приднестровских предприятий, организовала сопротивление дискриминационной политике Кишинёва.

Логичное решение

В августе и сентябре 1989 года ОСТК провел массовые забастовки с требованием сохранить равноправие языков в МССР. Несмотря на протесты приднестровцев, 31 августа законы о языке всё же были приняты. Тогда представители ОСТК обратились за поддержкой в Москву. Однако руководство СССР поддержало решение Кишинёва, словно не понимая, что в МССР происходит сращивание партийной верхушки с радикально настроенными националистами.

Понимая, что поддержки центра не будет, в городах Приднестровья местные Советы самостоятельно принимают решение оказать гражданское неповиновение дискриминационным законам о языке. Возникает идея создать новую советскую республику для защиты прав многонационального народа. Причём идея возникла не на пустом месте: общество вспомнило о первой Приднестровской республике, которая существовала в 1924–1940 годах под названием Молдавская Автономная ССР.

13-14 сентября 1989 года на сессии городского совета Тирасполя были обозначены сроки ряда политических мер для формирования механизма самоуправления. Причем в обосновании создания республики, помимо исторической преемственности от МАССР, отмечалось также существование в Приднестровье «определённой народности, состоящей из многочисленных общин различных национальностей». Подчеркивалось также что республика позволит консолидировать политические силы в борьбе против проявления «национализма и шовинизма».

Правовые основания

Уже 30 сентября в газете «Днестровская правда» был опубликован разработанный проект временного положения о референдуме на территории Тираспольского городского совета.

Стоит отметить, что данное положение было составлено в соответствии с основным законом страны.  На тот момент в Советском Союзе отсутствовал закон о референдуме, однако, согласно Конституции СССР 1977 года, власть принадлежала народу, обладающему правом осуществлять её не только через органы власти, но и непосредственно. В 1988 году, за год до событий в Рыбнице и Тирасполе, в основной документ Советского Союза были внесены поправки, в том числе и в 91-ю статью Конституции:

«Важнейшие вопросы общесоюзного, республиканского и местного значения решаются на заседаниях съездов народных депутатов, сессиях верховных советов и местных советов народных депутатов или ставятся ими на референдумы».

Саботаж номенклатурщиков и настойчивость ОСТК

Меж тем идее референдума резко воспротивилось руководство городского исполнительного комитета Тирасполя, представители которого были назначенцами Кишинёва и выполняли указание Коммунистической партии Молдавской ССР. Партийные функционеры выступили против идеи возрождения Приднестровской республики, апеллируя к закону об образовании МССР от 1940 года. В соответствии с ним МАССР перестала существовать, войдя в состав новой союзной республики со столицей в Кишинёве. Пройдет чуть более полугода, и парламент Молдовы не оставит камня на камне от этого аргумента: в Кишинёве признают ничтожным акт об образовании МССР и тем самым откажутся от союзного государства с Приднестровьем. Как показала история, приднестровская общественность уже осенью 1989 года словно по предчувствию действовала на упреждение.  

Принимая во внимание настойчивые просьбы трудовых коллективов, сессия горсовета Тирасполя 20 декабря 1989 года выносит решение о проведении референдума и назначает день голосования на 28 января 1990 года. Необходимо иметь в виду, что на тот момент уже были известны итоги референдума в Рыбнице. Там 3 декабря за целесообразность образования Приднестровской АССР на основе равноправного функционирования всех языков высказались 91,1% участников голосования. 

Практически вся подготовительная работа по организации референдума в Тирасполе  велась на общественных началах. Затраты  в значительной степени возмещал ОСТК. Его представители провели титаническую организационную работу. 

Результаты тираспольского референдума

Вопросы референдума были сформулированы следующим образом:

«1. О придании Тирасполю с административно подчиненными территориями статуса самостоятельной территории на принципах самоуправления, регионального хозрасчета и самофинансирования с полным равноправием языков.

2. О целесообразности вхождения г. Тирасполь в состав Приднестровской АССР в случае её создания».

28 января 1990 года по первому вопросу за проголосовали 96,7% участников голосования, или 89% списочного состава. Против высказались 1,7%.

По второму вопросу за проголосовали 96%.

Анна Волкова, стоявшая у истоков образования Приднестровской Молдавской Республики, а ныне состоящая в должности государственного советника Президента ПМР, так описывает события тираспольского референдума:

«Тирасполь проголосовал. И как проголосовал! Это была первая победа после месяцев затишья. Людям дали наконец высказать свою волю, и эта воля была практически единодушной. Тираспольчане высказались самым определенным образом против национализма, за интернациональное братство, за национальное равноправие, за свободное право людей жить на своей земле, говорить на родном языке без какого бы то ни было ущемления или дискриминации».

В дальнейшем аналогичные референдумы пройдут практически во всех населенных пунктах Приднестровья. Подавляющее большинство жителей поддержит идею возрождения республики, что станет одним из главных оснований её провозглашения 2 сентября 1990 года.

Первая Приднестровская республика

За 50 лет совместной жизни в составе одной союзной республики (Молдавской ССР) и большой страны (СССР) Приднестровье и часть Бессарабии (в рамках которой затем появилась Республика Молдова) так и не стали единым целым. Сказывалась разница в этнической структуре населения и ментальности, являвшейся следствием разных исторических судеб. Приднестровье и Бессарабия входили в состав разных политических образований, а затем и разных территориально-административных областей Российской империи. После крушения последней Бессарабию поглотила Румыния, а Приднестровье вошло в состав СССР. Вскоре компартия большевиков пришла к идее создания первой Приднестровской республики – Молдавской Автономной ССР (МАССР) в составе Украины, которая служила бы центром притяжения бывшей российской губернии – Бессарабии.

В Докладной записке о необходимости создания МАССР от 5 февраля 1924 года говорилось:

«Объединенные Приднестровье и Заднестровье (по версии авторов — Бессарабия) служили бы стратегическим клином СССР по отношению и к Балканам, и к Центральной Европе».

Обратим внимание: время создания документа – 1924 год, но уже фигурирует название «Приднестровье». При этом «Заднестровьем» (по-румынски буквально Transnistria) называют Бессарабию. Все потому, что понятие «Заднестровье-Transnistria» относительно и зависит от того, с какой стороны Днестра смотреть: если со стороны Румынии, то это левобережье (что выразилось в соответствующем названии губернаторства во время оккупации Приднестровья в 1941-44 годах), а если с восточной стороны, то «Заднестровье-Transnistria» — это как раз нынешняя Молдова.

Немаловажно также и то, что авторы Докладной записки 1924 года разделяют Приднестровье и Бессарабию («Заднестровье»), лишь предлагая объединить два региона. Это и произошло в 1940 году после вывода румынских войск из Бессарабии и её присоединения к МАССР. В результате была создана новая союзная республика – Молдавская ССР, включавшая в себя разные историко-географические регионы.

Но даже при неукоснительном следовании генеральной линии компартии между двумя берегами Днестра сохранялась отчужденность. Так, родившийся в приднестровском селе Гояны писатель и переводчик Ион Канна, вспоминал, что в 70-е годы в среде кишинёвской интеллигенции было принято делить писателей на «шантистов» (так называли уроженцев Приднестровья) и «румын».

В итоге различия двух регионов проявились, когда компартия стала терять контроль над внутриполитическими процессами в СССР.

Дискриминация

В 1989 году Верховный Совет МССР принял к рассмотрению пакет законопроектов о языке. Они ставили в неравное положение национальности союзной республики (составлявшие 35% населения) по отношению к титульной нации. В Приднестровье, где сохранялся паритет народов и никогда не было преобладания одного этноса, языковые инициативы назвали возмутительными и дискриминационными.

В апреле 1989 года в Рыбнице люди выходят на митинг с требованием гарантировать равноправие и развитие языков всех народов МССР. Затем уже в мае горсовет Тирасполя обращается в ВС МССР с требованием ввести два государственных языка – русский и молдавский.

Но в Кишинёве словно не слышат голосов из Приднестровья. Может, потому, что рядом со зданием ВС МССР воздух сотрясали крики экзальтированных националистов из Народного фронта Молдовы, требующих «на выход всех русских»?

Тогда в городах Приднестровья стала создаваться организационная структура для выражения воли людей – Советы трудовых коллективов. В августе 1989 года они объединяются и запускают самые массовые в СССР забастовки. Десятки тысяч людей собираются в центре Тирасполя, требуя не принимать дискриминирующие законопроекты.

Но ВС МССР всё еще не слышит. 31 августа законы принимаются.

В ответ в Приднестровье останавливаются практически все предприятия. На митингах люди требуют отменить дискриминационные законы.

Причем руководство компартии приднестровцев не поддержало. Напротив, из Москвы последовали просьбы прекратить забастовки и положиться на «руководящую руку» партии, которая к этому времени уже онемела и потеряла даже способность указывать перстом, не говоря уже об ударе по столу. Это увидели и в Приднестровье.

Республика как способ защиты

«Хочу сказать, как нас встретили в Москве… Нам было сказано, что в Москве всё знают, но помочь не могут. Это вызвало у нас большое недоумение», — сообщил 13 сентября 1989 года член забастовочного комитета Борис Акулов на сессии горрайсовета Рыбницы и Рыбницкого района. Той самой, когда было принято два исторических решения: оказать гражданское неповиновение дискриминирующим законам и провести референдум по воссозданию республики.

Вспоминает Государственный советник Президента ПМР Анна Волкова:

«К концу забастовки стало ясно, что официальный Кишинёв не собирается отменять принятые законы о языках. Наоборот, за ними последуют новые дискриминационные законы, как это уже случилось в Прибалтике. И тогда приднестровцы вспомнили о том, что когда-то на этих землях уже существовала государственность – МАССР».

Воспоминаниями делится Людмила Коломиец, редактор газеты «Рыбницкий Вестник»:

«13 сентября на сессии был принят призыв оказать гражданское неповиновение законам. Мне выпала честь его озвучивать на сессии, я очень хорошо помню этот момент. Похолодела спина, я понимала, насколько это серьёзное решение. В зале наступила звенящая тишина, и потом он взорвался аплодисментами и лесом поднятых рук. Это говорило о том, что мы не навязывали решение сверху, как это было в Молдове. Мы его выковали на встречах, на забастовках, в беседах с коллективами. Мы просто сформировали волю народа в такое решение».

На той же сентябрьской сессии горрайсовета Рыбницы Анатолий Белитченко, директор Молдавского металлургического завода, высказался по поводу возрождения республики в левобережных районах МССР как средства защиты прав и свобод жителей.

«Надо в кратчайшие сроки провести референдум, установить, чего хочет народ. Предлагаю обратиться в Верховный Совет СССР о создании автономной республики – Приднестровской».

Предложение было поддержано рыбничанами, а сессия решила направить его всем городам и районам Приднестровья. Один из депутатов, В.П.Тихолаз, сообщил, что жители села Белочи предлагали вынести предложение о республике еще в мае 1989-го. Как оказалось, белочане предвидели будущее.

Вот как об этом вспоминал Борис Акулов:

«Идея воссоздания республики Приднестровья, вопреки утверждениям некоторых политологов, зародилась не в Кремле, а в основной массе местных жителей Рыбницы и других левобережных населенных пунктов. Из забастовки трудовые коллективы выходили с намерением бороться за свои права».

На тот момент в Советском Союзе отсутствовал закон о референдуме, однако, согласно Конституции СССР 1977 года, власть в стране принадлежала народу, обладающему правом осуществлять её не только через органы власти, но и непосредственно. В 1988 году, за год до событий в Рыбнице, в основной документ Советского Союза были внесены поправки, в том числе и в 91-ю статью Конституции:

«Важнейшие вопросы общесоюзного, республиканского и местного значения решаются на заседаниях съездов народных депутатов, сессиях верховных советов и местных советов народных депутатов или ставятся ими на референдумы».

Исходя из этого, Рыбницкий горрайсовет разработал положение о референдуме.

Первый опыт референдальной демократии СССР

Референдум, который станет первым в истории СССР, был намечен на 3 декабря. В этот день в 7:00 участковые комиссии приступили к работе. Уже к 11:30 проголосовали 40,3% горожан, внесенных в списки для голосования, а на момент закрытия участков своё мнение высказали 81,8% рыбничан.

Результаты референдума стали неожиданностью даже для тех, кто инициировал референдум и агитировал граждан принять в нём участие.

За придание городу статуса самостоятельной территории на основе равноправного функционирования всех языков проголосовали 91,3%, против — 5%

За целесообразность образования Приднестровской АССР на основе равноправного функционирования всех языков – 91,1% участников референдума, против — 5,5%.

О том, что в Рыбнице прошёл настоящий референдум, констатировала даже «группа товарищей» из ЦК Коммунистической партии Молдавии, члены которой негативно отнеслись к народным инициативам в Приднестровье. Наконец, услышали голос референдума и в Кишинёве. Реакция, правда, была неадекватной: ВС МССР объявил о нарушении закона рыбницким горрайсоветом, а сам референдум объявил недействительным.

«За забастовки, за референдум, за Гагаузскую автономию, за Приднестровскую автономию вы получите сполна. Вас постигнет меч нашей кары», — говорилось в листовках Народного фронта Молдовы.

Пройдет немного времени, и референдум о создании республики состоится в Тирасполе, затем в селе Рашково, потом во всех населенных пунктах левобережья, городе Бендеры и ряде сёл на правом берегу Днестра. Тем временем в Кишинёве объявят создание МССР незаконным актом, примут румынский триколор в качестве флага и заявят о своем суверенитете. В ответ на основании волеизъявления жителей 2 сентября 1990 года II Съезд народных депутатов Приднестровья провозгласит в Тирасполе вторую Приднестровскую республику (ПМССР).

Ему было 49, когда оборвалась его жизнь. Свой полувековой юбилей Андрей Пантелеевич Манойлов так и не отпраздновал, но успел стать частью истории республики, во имя которой до последнего удара сердца трудился, отвоевывал её независимость. Человек-легенда, исключительный семьянин, преданный друг и настоящий патриот своей страны. 15 октября 2020-го, в год, когда созданное при его участии государство отметило тридцатилетие, Андрею Пантелеевичу исполнилось бы 75 лет. И если бы не трагическая смерть, то он и сегодня, наверняка, стоял бы в ряду активистов.

«Запомнился Андрюша именно своей активной жизненной позицией и своей прямолинейностью. Невзирая на чины, звания, авторитеты, он говорил то, что считал нужным говорить, говорил прямо», – вспоминает о Манойлове его соратник Владимир Рыляков, который вместе с ним отстаивал республику.

Андрей Пантелеевич – коренной тираспольчанин, совсем не избалованный жизнью. Рано начал работать, чтобы помочь семье в тяжелые послевоенные годы. Простой автослесарь. Как говорят, из народа, но с характером лидера. Сначала он управлял большими машинами и возил важные грузы. А позднее возглавил уже одну из бригад в «Тираспольтрансе», которой не просто руководил, он переживал за каждого, кто трудился под его началом.

«У него от природы был ум экономиста. Я помню из моего детства, как я прибегала из школы там, с репетиции. Мы вечером ужинали, убирали с мамой кухню, и папа садился пересчитывать все зарплаты своих камазистов, всей бригады. Не дай бог, чтобы какой-то бухгалтер обидел его ребят. Он просчитывал всё досконально, чтобы ни копеечки не ушло никуда», – рассказывает об отце дочь Андрея Манойлова – Елена.

В начале 90-х, когда со стороны Молдовы оказывалось жёсткое давление, Андрей Пантелеевич стал одним из лидеров народного движения. Интересы родной страны защищал будучи членом Объединенного Совета трудовых коллективов, а спустя еще немного времени Манойлов был избран депутатом Верховного Совета. Имея столько почетных регалий, никогда не кичился, не пользовался никакими льготами, жил очень скромно и помогал всем, кто к нему обращался.

С участием Андрея Пантелеевича был организован и проведен первый в истории Приднестровья съезд депутатов всех уровней, а затем и всенародный референдум о сохранении СССР. Манойлов также входил в состав различных комиссий и возглавлял делегации, с которыми ездил по миру и рассказывал о Приднестровье, о желании молодой республики жить в мире, где нет национализма.

 «Забастовка же была, нами стали интересоваться партийные организации Москвы. В частности, московская партийная организация попросила, чтобы прислали бригаду такую, чтобы они разъяснили, что творится в Молдавии. В Москве нас приглашали по предприятиям, по учебным заведениям и прочее, мы выступали перед трудящимися, учащимися и военными», – делится воспоминаниями стоявший у истоков образования ПМР Виктор Арестов.

По его словам, Андрей Манойлов горячо верил в свою правоту и готов был идти к цели до конца. Так было и при создании различных органов и институтов государственной власти. Именно его усилиями в Приднестровье была сформирована система госконтроля.

А позднее, когда в Молдове арестовали Игоря Смирнова, тогда еще Председателя ПМССР, руководство зарождавшегося государства было временно передано тоже ему – Андрею Манойлову. И он не подвел. Вместе с другими основателями республики вёл переговоры с молдавской стороной, принимал решительные меры, координировал акции протеста, требуя отпустить приднестровских активистов. Спустя месяц этой серьезной борьбы Смирнова и других задержанных депутатов, на которых велась в то время охота, освободили.

«Андрей Манойлов, рассудительный такой,

Спокойный, как атлант, что Землю подпирает.

В час испытаний смелый был с лихвой,

А смелость никогда не умирает»

— писала о нём государственный и общественный деятель Приднестровья Анна Волкова.

Когда агрессия молдавских националистов начала зашкаливать, Андрей Манойлов настоял на создании органа, который стал бы щитом и мечом молодой республики. С его лёгкой руки было создано Управление республиканской безопасности. Опыт Андрея Манойлова помог при формировании его структуры и при подборе кадров.

«Поблажек он не давал, не любил националистов, был предан своему делу, с большой ответственностью относился, был честным, справедливым», – говорит о Манойлове ветеран органов госбезопасности Олег Федосеев.

Первым результатом деятельности управления был разгром террористической группы «Бужор», совершившей убийства государственных деятелей: Николая Остапенко и Александра Гусара. Это, по сути, было боевое крещение первых чекистов Приднестровья, а скоротечность и результативность этой операции показали способность молодой республики решать и такого рода задачи, что вынудило Молдову снизить активность, а затем и вовсе отказаться от проведения диверсионно-террористических акций на территории Приднестровья.

В конце 1991 года Манойлов был назначен Полномочным представителем Президента на Дубоссарском направлении. Там, в Дубоссарах, Манойлов, в буквальном смысле этого слова, жил на боевых позициях. Собирал разведданные, координировал действия разрозненных отрядов.

Позднее, в 2010 году, через 15 лет после смерти Андрея Манойлова, его именем назовут Дубоссарскую погранкомендатуру. По роковому стечению обстоятельств профессиональный водитель попадет в автомобильную аварию. А дальше – операционный стол и остановка сердца.

Его не стало 14 сентября 1995 года. Он не дожил всего месяц до своего пятидесятилетия. Имя Андрея Пантелеевича увековечено на зданиях Министерства госбезопасности и Счетной палаты. Его фамилию носит одна из центральных улиц в Тирасполе. За заслуги перед страной он награжден знаком «За оборону Приднестровья», медалью «Защитник Приднестровья», орденом Республики, орденом Почёта и множеством других наград, две из которых – посмертно.

Источник: Пресс-служба МГБ ПМР ; фото: архив семьи Манойловых.

Создание Объединённого Совета трудовых коллективов явилось защитной реакцией приднестровского общества на дискриминационную политику Кишинёва, взявшего курс на построение мононационального государства. Об этом в интервью нашему корреспонденту заявил председатель общественной организации Владимир Емельянов. По его словам, именно события 30-летней давности стали катализатором борьбы народа Приднестровья за независимость.  

«ОСТК начинался с идеи, рождённой Анатолием Большаковым, о создании организации, альтернативной Коммунистической партии Молдавии. А линия была на создание мононационального государства.  Мы с этим согласиться не могли и поэтому все поддержали Большакова, в ОСТК пришли самые передовые люди того периода из руководящего состава предприятий Тирасполя», — отметил Владимир Емельянов.

В 1988 году под влиянием прорумынских организаций Верховный Совет МССР разработал законы о придании молдавскому языку статуса государственного, признании его идентичным с румынским и переводе письменности на латинскую графику. Предложенная редакция не позволяла занимать государственные должности гражданам, не владеющим государственным языком, а всё делопроизводство должно было вестись исключительно на молдавском. На законодательном уровне закреплялось обособление титульной нации, ограничивались права русскоязычного населения (так же как и представителей других национальностей).

23 мая 1989 года Тираспольский горсовет обратился к президиуму Верховного Совета МССР с призывом принять закон о функционировании на территории республики двух языков: молдавского и русского. Но 10 августа стало известно, что на ближайшей сессии законодательный орган рассмотрит другой проект, поддержанный националистически настроенной частью молдавского общества. 

Уже на следующий день, 11 августа 1989 года, представители трудовых коллективов Тирасполя собрались в доме культуры завода «Точлитмаш» им. Кирова, чтобы решить, как противостоять дискриминационной политике Кишинёва. Именно на этом собрании было объявлено о создании Объединённого Совета трудовых коллективов и подготовке к предупредительной забастовке.

«11 августа был исторический момент создания защитного механизма, организационного начала в борьбе приднестровского народа за свои права. На собрании было принято решение о создании ОСТК, его президиума. Возглавил организацию Борис Штефан. На 16 число была объявлена предупредительная забастовка, но наши голоса не были услышаны. Тогда мы организовали масштабную месячную забастовку, к которой присоединились порядка 190 предприятий, в том числе представляющих регионы современной Молдовы», — рассказывает Емельянов.

«Мы привыкли к митингам по торжественному поводу: 1 Мая, 9 Мая. Но в 1989 году повод собраться на площади был совершенно иным. Люди стремились узнать, что происходит, и решить, что делать. Время было страшное, Молдова была заражена национализмом и даже фашизмом. Никто не думал, что спустя 50 лет после ВОВ у нас может фашизм встать на ноги», — вспоминает руководитель Слободзейского ОСТК Юрий Затыка.

Забастовка завершилась лишь 21 сентября после пленума ЦК КПСС, когда стало абсолютно понятно, что руководство правящей партии полностью поддерживает Кишинёв в языковом вопросе.  Чаяния приднестровцев услышаны не были…

«В октябре из Москвы к нам приехала делегация, состоящая из представителей разных республик. В неё был включён и будущий президент Молдовы Мирча Снегур. Велась разъяснительная работа: мы понимали их требования, но они не понимали нас. Поэтому встречи результата не дали. Тогда же я обращался к руководителю компартии Молдовы Семёну Гроссу, предлагал провести в Рыбнице митинг с призывом ко всем трудовым коллективам Молдавии остановить этот националистический угар, дать статус русскому языку. Гроссу эту идею воспринял нормально, сказал, чтобы мы эту работу начинали, и  позвонить ему, когда мы будем готовы. Мы подготовку закончили, звоню ему, в приёмной раз за разом говорят, что он занят, перезвоните позже. Таким образом поговорить не получилось», — вспоминает один из лидеров движения трудовых коллективов Анатолий Белитченко. 

По его мнению, главным результатом забастовок  стала консолидация приднестровского общества. После безуспешных попыток повлиять на языковую политику и остановить центробежные процессы в Молдавии (летом 1940 года Верховный Совет МССР принял Декларацию о суверенитете, объявляющую верховенство законов Молдовы над законами Советского Союза) трудовые коллективы начали работу по подготовке референдумов о создании республики (в составе СССР) и съездов депутатов всех уровней.

«Первый референдум прошёл в Рыбнице. Мне пришлось принимать участие в сессиях горсоветов в Тирасполе, Бендерах, Каменке и других городах и районах, на которых было принято решение по проведению референдумов в каждом регионе. Затем велась подготовка съездов депутатов всех уровней. Процесс создания республики был запущен», — подчеркнул Анатолий Белитченко. 

В ОСТК отмечают, что создание республики было единственной гарантией безопасности и защиты прав приднестровцев.

«Получив доверие народа на управление ситуацией, понимая всю ответственность принимаемых решений и безысходность судьбы народа Приднестровья в случае отсутствия государства как защитного механизма, мы приняли решение о создании республики. И нас население очень активно поддержало. Мы не поверили в сказки и стояли на своей линии, на линии народа Приднестровья», — сказал Владимир Емельянов.

«Сегодня мы видим, что мы не ошиблись. Трудно себе представить, что было бы, если бы в те годы мы согласились с решениями националистов в Кишинёве. И сегодня единственной гарантией безопасности является наша независимость», — резюмирует Юрий Затыка.

35 лет назад в селе Парканы Слободзейского района прошёл I съезд депутатов всех уровней Приднестровья. Он занимает особое место в истории ПМР: съезд принял декларацию, в которой были заложены основы будущей республики.

Впервые в СССР появилась абсолютно новая форма народного представительства. В работе съезда приняли участие 673 делегата, среди них депутаты Верховных Советов СССР и МССР, районных, городских и сельских/поселковых советов. Народные избранники собрались, чтобы обсудить состояние экономики и дискриминационную политику Молдовы.

Избиения приднестровских депутатов в Кишинёве

Примечательно, что съезд прошёл спустя всего десять дней после того, как в Кишинёве толпа националистов избила приднестровских депутатов Верховного Совета МССР. Подзуживали её против своих коллег законодатели от «Народного фронта».  Ещё за два дня до этого в Бендерах рабочими отрядами была пресечена попытка сторонниками объединения Молдавии с Румынией водрузить над зданием городского совета народных депутатов румынский «триколор». Он в своё время, так же, как и другие местные советы в Приднестровье,  отверг насильно навязываемую чуждую символику. К слову, походом «народнофронтовцев» для установки в Бендерах флага руководил заместитель председателя Верховного Совета Молдавской ССР Ион Хадырка. Эти факты достаточно красноречиво говорят о том, какая атмосфера сложилась в высшем законодательном органе Молдавии. Кстати, после избиения приднестровских депутатов 112 его депутатов из 394 решили прекратить работу.

Угрозы со стороны воинствующих националистов привели к тому, что путь парламентской борьбы за защиту своих прав и свобод оказался закрытым. При этом союзный центр Москва уже не могла или не хотела повлиять на ситуацию. Стало очевидным, что в деле защиты своих прав и свобод приднестровцам следует рассчитывать только на самих себя.

Националисты разожгли конфликт

В 1989 году Верховный Совет МССР под влиянием националистов принял пакет законопроектов о языке. Они ставили в неравное положение национальности союзной республики (составлявшие 35% населения) по отношению к титульной нации. В Приднестровье, где сохранялся паритет народов и никогда не было преобладания одного этноса, языковые инициативы назвали возмутительными и дискриминационными. В Тирасполе и Рыбнице прошли многотысячные митинги с требованием равноправия народов.  

Были созданы Советы трудовых коллективов, которые в августе 1989 года  организовали самые массовые в СССР забастовки с требованием  не принимать дискриминирующие законопроекты.

Когда речь идёт о верхах Молдавской ССР, то стоит заметить, что они были изрядно подчищены. Люди, пытавшиеся противостоять набиравшему обороты национализму, устранялись с постов как «ретрограды» и «противники перестройки».

Мнение приднестровцев не было учтено.  31 августа ВС МССР принимает  «лингвистические законы». В ответ в Приднестровье останавливаются практически все предприятия. На митингах люди требуют их отменить. Однако руководство Компартии приднестровцев не поддержало. Напротив, из Москвы последовали просьбы прекратить забастовки.

Движение за возрождение Приднестровской республики 

Когда стало ясно, что  Кишинёв не собирается отменять принятые законы о языках в Приднестровье, начались поиски политического инструмента защиты своих прав и свобод. Таковой должна была стать республика, основанная на опыте государственности 1924-1940 гг., когда в Приднестровье существовала Молдавская Автономная ССР.

В сентябре 1989 года на сессиях Тираспольского, Бендерского и Рыбницкого городских советов принимают решение о проведении местных референдумов, в которых бы шла речь о создании Приднестровской АССР. Плебисциты прошли в декабре 1989-го – январе 1990 года. Более 90% избирателей во всех трёх городах поддержали идею автономии. Их Президиум Верховного Совета МССР без приведения всякой аргументации признает недействительными. Позже такие же референдумы пройдут в Слободзейском, Григориопольском, Дубоссарском и Каменском районах. Будут проведены и сельские сходы.

Тем временем в феврале-марте 1990 года состоялись выборы в Верховный Совет МССР. Из 394 народных депутатов 60 представляли Приднестровье. Большинство же было представлено оформившейся фракцией коммунистов и националистов, не желающих учитывать интересы всех граждан союзной республики. Как уже было сказано, депутаты от Приднестровья подвергались нападкам со стороны радикалов, милиция закрывала глаза на избиение народных представителей.

Меж тем в Советах городов и сёл Приднестровья большинство составили люди, возглавлявшие и активно участвовавшие в забастовочном движении против ущемлявшего права нацменьшинств закона «О функционировании языков».

I Съезд депутатов всех уровней, Парканы 2 июня 1990 г.

Основы будущей республики

В таких условиях открывался 2 июня 1990 года в Парканах I съезд депутатов всех уровней левобережных районов МССР и города Бендеры.

Работа съезда продолжалась 12 часов и закончилась принятием Декларации о социально-экономическом развитии Приднестровья, предполагавшей, в частности, создание Свободной экономической зоны. Также был создан Координационный совет социально-экономического развития, который возглавил будущий приднестровский президент Игорь Смирнов.

I Съезд депутатов всех уровней, Парканы 2 июня 1990 г.

В Декларации отмечалось отсутствие в МССР механизма защиты гражданских и политических прав национальных меньшинств, что грубо противоречило конституциям МССР и СССР. Говорилось также о начале экономического давления на приднестровские города и районы: задержке поставок по кооперации с предприятиями правобережья и введении ограничений на поставку товаров.

Съезд уполномочил Координационный совет представлять социально-экономические интересы народа Приднестровья на всех уровнях в отношениях с государственными и другими официальными организациями СССР. При этом все решения Координационного совета вступали в силу только после одобрения местных Советов. Главной формой решения важнейших общественно-политических вопросов объявлялось волеизъявление граждан – референдум.

Съезд объявлял о своей приверженности рыночным отношениям в экономике и заявлял о недопустимости дискриминации по национальному признаку.

«Стоящие у власти в Молдавии силы проводят глубоко реакционную, противоречащую интересам не только национальных меньшинств, но и молдавской нации политику. Её цели недостойны, методы – преступны, задачи – в конечном счёте неразрешимы. В этих условиях долг каждого гражданина… встать на защиту национального равноправия и демократических свобод, сделав всё, чтобы предотвратить трагический поворот событий», — говорилось в тезисах «О политическом положении в Молдавии», которые I съезд принял к сведению.

Съезд также обратился к сессии Верховного Совета МССР с предложением внести изменения в законодательство о языках в соответствии с принятыми общесоюзными законами.

Народные избранники приняли резолюцию «О некоторых мерах по стабилизации общественно-политической обстановки». В ней давались рекомендации провести местные референдумы о создании Приднестровской республики. Это диктовалось «отсутствием каких-либо гарантий защиты гражданских прав со стороны официальных государственных органов… ».

I съезд депутатов всех уровней, Парканы 2 июня 1990 г.

Кишинёв уничтожил МССР

В промежутке между первым и вторым приднестровскими съездами депутатов всех уровней произошло событие, которое ускорило возрождение приднестровской государственности. Дело в том, что спустя ровно три недели после проведения в Парканах I съезда депутатов всех уровней Приднестровья Верховный Совет ССР Молдова (так тогда уже официально звалась пока ещё Советская Молдавия) принимает законопроект, которым акт об образовании МССР от 2 августа 1940 года признавался недействительным. Конечно же, после этого высший законодательный орган ССРМ должен быть самоликвидироваться как признавший сам себя нелегитимным. Но интересно другое. Те самые люди с депутатскими мандатами, которые устраивали травлю приднестровским коллегам и которые при каждом удобном случае заявляли, что не может быть никакой автономии, признали правомочность её создания. Ведь с 12 октября 1924 года по 2 августа 1940 года существовала Молдавская АССР в составе УССР. Именно к ней присоединили Бессарабию, а затем на её основе создали МССР, объявленную Кишинёвом вне закона.

Вскоре, спустя ровно три месяца, 2 сентября в Тирасполе пройдёт II съезд депутатов всех уровней Приднестровья, на котором единогласно будет принято решение об образовании Приднестровской Молдавской ССР.

После обнародования проекта закона о языках, который предстояло принять Верховному Совету тогда еще Молдавской Советской Социалистической Республики, опубликованного на страницах многотиражной газеты «Кировец», рабочие Тирасполя, Бендер, Рыбницы, других населенных пунктов Приднестровья начали первую в СССР политическую забастовку.

Естественно, люди, объявившие о своем несогласии с дискриминацией по национальному принципу, хотели, чтобы об их протесте узнали и за пределами тогдашней Молдовы. Информации, звучавшей на митингах, было крайне мало. Вот тогда Объединенный совет трудовых коллективов Тирасполя принял решение о выпуске газеты, которую назвали «Бастующий Тирасполь».

В редакционную коллегию вошли пламенные патриоты Дмитрий Кондратович, Анна Волкова, Юлий Феч, Валентин Лесниченко.  Несмотря на то, что участники политической забастовки, отмежевались от партии потому, что у партийного руководства возникло недопониманием текущего момента, газета – четко по В.И.Ленину – стала коллективным агитатором и организатором.

По прошествии почти трех десятилетий можно смело утверждать, что именно газеты, возникшие в период забастовки и в последующие годы, сыграли немаловажную роль в объединении народа Приднестровья, стали его вдохновителями на борьбу за свою независимость.

В «Бастующем Тирасполе» наряду с информацией о ходе забастовки публиковались аналитические материалы и статьи, в которых обосновывалась тенденция создания своего государства, основой которого были документы, рассказывающие о том, что Молдавская Автономная Советская Социалистическая Республика – автономная республика в составе Украинской ССР, существовавшая с 12 октября 1924 года по 2 августа 1940 года, включала левобережную часть юридической территории современной Молдавии (большая часть Приднестровья) и часть современной Украины.

Газета выходила многотысячным тиражом, распространялась по всей территории Приднестровья, направлялась в Россию и другие республики СССР.

Чуть позже у нее появились «собратья» – в Бендерах «Известия Рабочего комитета» (ответственная за выпуск Наталья Воробьева) и «Рыбницкий вестник» (редактор Людмила Коломиец). Они не дублировали «Бастующий Тирасполь». У каждой газеты было свое «лицо». «Известия Рабочего комитета» в основном информировали читателей, там публиковались сводки о количестве бастующих, о поддержке, оказываемой прекратившим работу предприятиям, поступающей материальной помощи. Газета выходила ежедневно на одной странице – с таким расчетом, чтобы можно было наклеить на стенд, ведь тираж был невелик, а интерес проявляли многие – за каждым новым выпуском у Рабочего комитета выстраивались очереди.  

Самые благоприятные условия для печати газеты были созданы в Бендерах. Коллектив типографии и ее директор Виктор Ципперман, хотя и не прекращали работу, но всем, чем могли, поддерживали бастующих, в том числе, и безвозмездным выпуском «Известий рабочего комитета». А, вот, «Рыбницкий вестник» с самого начала печатался на Украине. Активно поддерживала забастовку тираспольская городская газета «Днестровская правда» (редактор Алексей Печул). Когда в типографии по указанию горкома партии отказались ее печатать, представитель газеты поехал в Москву и там зарегистрировал издание, таким образом, дистанцировавшись от партийной опеки и получив возможность самостоятельно работать с типографией. «Днестровка», как ее называли читатели, выходила очень большими тиражами, распространялась по всей республике.

Ряд периодических изданий, выходящих в районах, также поддержал бастующих, честно и беспристрастно рассказывая о происходящем. В то же время часть редакционных коллективов заняла выжидательную позицию. Кто-то боялся остаться без работы. Ведь тогда все газеты были органами партийных комитетов. К примеру, сразу после забастовки бендерская газета «Победа» по требованию властей прошла перерегистрацию в Молдове. Это послужило поводом для городского Совета народных депутатов, в состав которого в ходе накануне прошедших выборов вошли самые активные участники забастовки, в также государственной администрации для создания своей газеты «Новое время» (первый номер вышел 28 июня 1990 г.).

6 августа 1990 г. группа дубоссарских журналистов по решению местного Горсовета организовала новое издание под названием «Заря Приднестровья».

Журналисты, стоявшие у истоков создания «Зари Приднестровья», делились  воспоминаниями. До 1990 года в районе было другое периодическое  издание — «Знамя Победы». Но в нём в те годы невозможно было публиковать информацию о реальных политических событиях, происходивших в республике во время разгула национализма. И в Дубоссарах решили создать новую газету, через которую смелые журналисты могли сообщать жителям города и сёл района о судьбоносных событиях.

Возглавил трудовой коллектив «Зари Приднестровья» Алексей Атаманенко. В инициативную группу также вошли корреспонденты Иван Здоровец, Владимир Шустов, Анна Белая, Мария Саватеева, фотокорреспондент Юрий Ребежа, машинистка Галина Бродецкая, выпускающий редактор Лидия Ратушняк. Этот коллектив выпустил в свет первый номер новой районной газеты. В нём с первых страниц была чётко обозначена концепция нового издания – продвижение общечеловеческих ценностей, сплочение людей всех национальностей для борьбы с разгулом прорумынского молдавского национализма.

Период с окончания забастовки до исторического II съезда депутатов всех уровней, провозгласившего создание нашей республики, был во всех отношениях непростым. И здесь немаловажную роль сыграли печатные средства массовой информации. Так, в канун первого всенародного референдума (правда, в каждом городе и районе они проводились самостоятельно), собственно и подтвердившего решимость приднестровцев создать свое независимое государство, в Бендерах все многотиражные газеты подготовили единый выпуск, разъясняющий его необходимость.

В это время Объединенный совет трудовых коллективов переименовывает «Бастующий Тирасполь» в «Трудовой Тирасполь».

Коллектив редакции продолжает свою работу под руководством Дмитрия Кондратовича, который приложил немало усилий для прорыва информационной блокады. Достаточно сказать, что он регулярно отправлял свою и другие газеты патриотического толка в библиотеку Конгресса США. Это время было, пожалуй, самым непростым в истории газеты – горком партии запретил ее выпуск. «Трудовой Тирасполь» вынуждены были печатать на Украине, тайком распространять. Но это никак не повлияло на направленность издания. Здесь публиковались острые материалы на злобу дня, критиковались партийные чиновники, так опасавшиеся за сохранность своих кресел, в частности, о первом секретаре горкома партии (этот номер был арестован). Газета «готовила» проведение референдума, первого и второго съездов депутатов всех уровней.

С момента провозглашения республики жители Приднестровья остро нуждались в своих, местных газетах, радио и телевидении для того, чтобы получать информацию, всенародно обсуждать решения, которые предлагало руководство, совместно строить планы на будущее. Прежде всего, необходимо было появление общереспубликанского печатного органа. И Постановлением II съезда депутатов всех уровней было узаконено: «Газету “Днестровская правда” учредить в качестве печатного органа Временного Верховного Совета ПМССР и Тираспольского городского Совета народных депутатов.

Что касается республиканских газет, то первой из них стала газета «Гомин», издающаяся с 1 января 1992 года на украинском языке, удовлетворявшая культурные, духовные потребности украинцев Приднестровья. Первым редактором был назначен М.И. Чернега — известный журналист, работавший ранее в газете «Советская Молдавия». В газете большое место занимали материалы об отражении агрессии Республики Молдова, о деятельности Президента, Верховного Совета, Правительства, местных Советов и государственных администраций, о событиях в области политики, экономики, культуры, печатались курсы лекций по украинскому языку и литературе, по истории Украины, рассказывалось об украинских народных традициях и обрядах.

Газеты «Приднестровье» и «Адевэрул Нистрян» были созданы позже, в 1994 году, и они впоследствии на своих страницах уделяли достаточное внимание теме незабываемой военной агрессии Республики Молдова против приднестровского народа.

«Адевэрул Нистрян» единственная в мире газета на кириллическом молдавском языке . С первого дня редакция пишет о людях, о языке, о традициях и обычаях народа.

Журналисты газеты «Приднестровье»  В.С. Масленников, Н.Н. Тимофеев, В.В. Островский, Л.В. Чеботаренко, С.Н. Белова, О.Г. Феч, Я.А. Фисенко, А.Н. Николаева, А.Д. Кольцова, И.А. Влада, В.А. Ильенкова, Е.А. Воронкова, Д.Ф. Яворский, Д.Ф. Кондратович, А.Ф. Сайдаков, О.В. Кондорская, П.А. Шпаков, фотокорреспондент Л.П. Корзилов оставили читателю много историй, воспоминаний очевидцев тех событий, очерки оних, которые несомненно сыграли и продолжают играть большую роли в патриотическом воспитании молодых приднестровцев.  Сегодня их работу продолжают нынешние коллективы редакций.

На страницах газет, в особенности выпусках этого года, можно встретить много интересных материалов, в которых отмечается высокий патриотизм и героизм земляков в 1992 году.  

23 января 1992 года вышел в свет первый номер газеты Республиканской гвардии — «За Приднестровье». С марта, после начала широкомасштабной агрессии Республики Молдова, газета освещала боевые действия, в которых принимали участие не только гвардейцы, но и ополченцы, бойцы ТСО, казаки.

Приднестровские СМИ за свои 30 с небольшим лет решали и решают много важных задач, связанных с созданием и развитием государства, они информируют нас и весь мир о событиях, которые происходили в республики. 

По материалам А.Б. Карасева «Роль СМИ в защите и становлении ПМР» и Натальи Воробьевой «К истории средств массовой информации Приднестровья»