Каким был подход к наступательным операциям у Красной Армии в 44-м году. Почему было важно освободить наши территории. Как проходила Уманско-Ботошанская операция, и почему она не получила дальнейшего развития.

Сталинский удар маршала Конева

После поражения в Курской битве Вермахт потерял стратегическую инициативу, а стремительное продвижение Красной армии к Днепру с захватом плацдармов на его правом берегу и освобождением Киева развеяло надежды немцев на создание «Восточного вала» и удержание оккупированных территорий. Но несмотря на оглушительные поражения 43-го года, Вермахт был еще силён, а исход войны пока не был предрешен.

Поэтому Советский Генштаб решил не сбавлять темпов наступления и не позволить Вермахту организовать крепкую оборону на правобережной Украине. С этой целью в Москве спланировали масштабную стратегическую операцию, суть которой состояла в последовательном нанесении серии ударов по уязвимым местам немецкой обороны. Так началась Днепро-Карпатская наступательная операция (24 декабря 1943 – 17 апреля 1944), в рамках которой проводились оперативные фронтовые операции, известные в публицистике как сталинские удары на правобережной Украине.

Наносились они один за другим, провоцируя эффект домино: у немцев не хватало сил для того, чтобы прикрыть все направления и Вермахт был вынужден постоянно перебрасывать войска для купирования прорывов Красной армии, обнажая другие участки фронта, куда сразу же следовал новый удар советских войск. Так зимой 1944 года Красная армия изматывала Вермахт, заставляя его отступать на запад.

Один из таких ударов нанес маршал Иван Конев в начале весны 1944 года. 5 марта 2-й Украинский фронт начал наступление на город Умань с целью прорваться к Днестру. Это была очень рискованная операция: проводилась она в условиях бездорожья весенней распутицы при недостатке материальных средств. Но расчет Конева оправдался.

Во-первых, немцы были уверены, что на наступление по раскисшим полям с разлившимися реками русские не решатся. Поэтому эффект внезапности был полным.

Во-вторых, удар наносился на узком сегменте фронта большими силами – впервые за всю войну для наступления на одном участке были задействованы три танковые армии.

В-третьих, погодные условия с перманентными дождями и мокрым снегом не позволяли немецкой авиации угрожать советским танковым клиньям с воздуха.

В-четвертых, использовалась новая тактика: бронетехника должна была идти вперед, не дожидаясь пехотных и тыловых частей. Вместо этого танки загрузили на броню десантников. За ними следовали самоходная артиллерия и понтонные бригады. Это позволило быстро преодолеть водные преграды и зайти в тыл группировки немцев на юге Украины.

 Уже 17 марта советские танки достигли Днестра в районе Ямполя и переправились на его правый берег.

Поворот на Тирасполь

Несмотря на то, что цель операции с выходом на Днестр была достигнута, в Москве решили продолжить наступление Конева. К этому времени фронт на юге Украины вытянулся дугой – советская бронетехника ушла далеко на запад, тогда как пехотные дивизии ещё прогрызали сопротивление немцев на реке Буг. Образовавшаяся дуга создавала прекрасную возможность для окружения 8-й и 6-й немецких армий.

Маршал Конев решил захватить все мосты через Днестр, перерезать железные дороги и завязать «мешок» у Тирасполя. Для этого 22 марта он разворачивает находившуюся у Ямполя 5-ю гвардейскую армию Ротмистрова и направляет её вдоль левого берега Днестра на Рыбницу и станцию Слободка – важные железнодорожные узлы, находящиеся под контролем немцев. Причем в Тирасполе Ротмистрову было приказано быть уже через неделю 28 марта.

Маршал бронетанковых войск Павел Ротмистров прошёл со своей армией Сталинград, Курскую битву и Корсуньское сражение. Теперь ему предстояло осуществить бросок через долину Днестра. На первом этапе нужно было перерезать железную дорогу, связывающую Рыбницу с городом Первомайск на Буге. Эта транспортная артерия, как и рокада Одесса-Балта, позволяла немцам перебрасывать войска, продовольствие, горючее и боеприпасы. Без этих дорог вся группировка Вермахта в регионе потеряла бы мобильность, а затем и боеспособность. Поэтому ж/д сеть Одесса-Балта-Рыбница-Первомайск приобретала стратегическое значение. Понимали это и немцы, для которых выход Красной Армии к Днестру стал неприятным сюрпризом. Командующий 8-й армией Отто Веллер собирал силы, чтобы прикрыть оголенный фланг и сохранить контроль над транспортными артериями.

Ротмистров идет к Рыбнице

Уманско-Днестровское наступление 5-18 марта стоило танковой армии Ротмистрова значительных потерь – большая часть бронетехники вышла из строя, а ремонтных баз на освобожденной территории еще не организовали. К началу движения на Тирасполь в строю оставалось не более тридцати машин Т-34 и артиллерийских самоходок СУ-85. Тогда как к началу Уманской операции в 5-й гвардейской танковой армии насчитывалось 378 единиц бронетехники. Потери понес и танковый десант – из 1 121 «активных штыков» осталось не более 150. Проблемы были с подвозом боеприпасов и горючего – весеннее бездорожье и большие расстояния существенно затрудняли снабжение.

Собрав всю исправную технику, Ротмистров решил наступать двумя группами. Один танковый корпус (29 ТК) направился к Рыбнице через Каменку. Вторая группа, состоящая из двух корпусов (18 ТК и 20 ТК), двигалась к станции Слободка через Кодыму. За ними следовали стрелковые дивизии 4-й гвардейской армии. На их пути стояли небольшие заслоны немцев, пытающихся в арьергардных боях задержать наступление советских войск.

29-й танковый корпус, которым командовал генерал-лейтенант Иван Кириченко, прошедший «Уманский котел» летом 1941 года, битву за Москву, Сталинград и Курск, достиг 23 марта Каменки, где вместе с партизанами разгромил батальон немецкой пехоты. На пути к Рыбнице он отразил контратаку Вермахта у Катериновки, выдержал орудийный обстрел в Рашково и провел короткий бой в Белочах с артиллерийской самоходкой и пехотным отрядом врага.

Днём 24 марта танки Кириченко достигли села Большой Молокиш и сразу двинулись на село Ержово, откуда до Рыбницы было рукой подать. Но как показали дальнейшие события, Рыбница уже стала опорным пунктом немцев. Удержать город и ж/д мост через Днестр Вермахт намеревался любой ценой, ведь, как уже говорилось, контроль над железнодорожной магистралью становился для немцев задачей № 1.

Из разбитых в предыдущих боях дивизий немцы сформировали сводные пехотные отряды, усиленные бронетехникой танковой дивизии СС «Мертвая голова», самоходными артиллерийскими установками и противотанковыми орудиями. Их перебросили к Рыбнице и станции Слободка, где они должны были остановить наступление Красной армии.

Бой в Ержово

24 марта в 16:00 десять боевых машин 29-го танкового корпуса Кириченко въехали в Ержово. Танки Т-34 с десантом на броне и самоходные артустановки СУ-85 двинулись по улицам села. В этот момент со стороны Рыбницы началась канонада – немецкие орудия открыли огонь по советской бронетехнике.

Три артиллерийские самоходки сумели закрепиться на южной окраине Ержово и вступили в дуэль с противником, занявшим позиции у Сахарного завода Рыбницы. К 18:00 в атаку пошла немецкая пехота. Согласно отчетным документам, численность наступавшего отряда составляла примерно две сотни человек. Они пытались приблизиться к советской бронетехнике и вывезти из строя боевые машины с помощью противотанковых средств. Огнем немецкую пехоту поддерживали шесть противотанковых орудий и несколько самоходок. В бой вступил и советский танковый десант – около 40 автоматчиков отстреливались, укрывшись за строениями и рельефом местности. Огонь из пушек вели танки Т-34, занявшие позиции на улицах села.

Атака немцев возобновлялась три раза. В конце концов немцы попытались обойти позиции обороняющихся. Село Ержово располагается в долине, но с востока граничит с высоким плато. Сегодня оно покрыто деревьями, но весной 44-го местность была лишена густой растительности. По этой высоте в обход Ержово двинулись немецкие танки – два тяжелых «тигра» и средний танк «пантера». Отсюда село было как на ладони, и немецкие танки пытались использовать условия местности так, чтобы советская бронетехника превратилась для них в удобную мишень.

Около часа длилась дуэль «тридцатьчетверок» и «сушек» с самыми опасными танками Панцерваффе. Потери были серьёзными: сгорели или были подбиты три Т-34 и три СУ-85. Но и немцы понесли серьезный урон: уничтожены были две самоходки и три противотанковые пушки, разделались советские танки и с «пантерой». Правда, «тигры» всё еще контролировали восточную высоту, а со стороны Рыбницы ожидалась новая атака немцев. Оставаться в Ержово было опасно. Генерал Кириченко решил вывезти оставшиеся танки и самоходки – под покровом ночи в 23:00 четыре боевые машины отошли к селу Большой Молокиш, куда подходила советская пехота 41-й гвардейской стрелковой дивизии.

Бой в Ержово стал первым эпизодом масштабного тактического сражения за Рыбницу, которое длилось целую неделю до 30 марта. Взять город с ходу советским войскам не удалось, не была достигнута и главная цель – стремительный бросок на Тирасполь. Его освободят только 12 апреля войска 3-го Украинского фронта Родиона Малиновского. В то же время появление советских танков под Рыбницей, фактически в тылу 8-й немецкой армии, привело к тому, что части Вермахта бросили свои позиции под Первомайском и Вознесенском и под нажимом Красной армии поспешно отходили на запад. О самом сражении за Рыбницу расскажем в следующих публикациях.

Сокращение линии фронта почти на 150 км высвобождало значительные силы 2-го Украинского фронта. Более того, их расположение в районе Звенигородки позволяло обойтись без крупных и обычных для наступательных операций перегруппировок. Именно под Звенигородкой оборона немцев была слабее, чем на других участках. Здесь в феврале 1944 года находился внешний фронт окружения группы Штеммермана, и немцы успели оборудовать лишь отдельные стрелковые окопы и пулеметные площадки. Оборона здесь в основном строилась в населенных пунктах. Проволочных заграждений не было, а минные поля – лишь на отдельных участках. Потрепанный в февральских боях 506-й батальон «Тигров» выводился с фронта для получения матчасти. Таран деблокирующего удара под Корсунью – III танковый корпус – перебрасывался для восстановления фронта под Проскуров. Нужно было ковать железо, пока горячо. Начало операции назначается на 5 марта 1944 г.

Однако командующий 2-м Украинским фронтом И. С. Конев не зря назвал в мемуарах Уманско-Ботошанскую операцию самой трудной из проведенных им в 1943-1944 годах. Советским войскам предстояло наступать в условиях весенней распутицы. Непролазная грязь сковывала любые передвижения. Кроме того, стрелковые и танковые части уже были сильно измотаны многонедельными непрерывными боями. Средняя укомплектованность стрелковых дивизий составляла 4-4,5 тысячи человек, что примерно вдвое меньше штата. При общей численности 2-го Украинского фронта в 691 тысяч человек и трех танковых армиях, на деле в распоряжении было всего 670 боеготовых танков и САУ. То есть бронетехники имелось примерно на одну полнокровную танковую армию. Непростой была ситуация с автотранспортом. 2-й УФ располагал 1763 автомашинами, в том числе 780 единиц иностранных марок, в ремонте находились еще 837 машин (в том числе 549 иномарок). Для импортных машин остро не хватало запчастей. 

Тем не менее, именно три танковые армии должны были стать главной ударной силой операции. Задача войскам 2-го УФ согласно Директиве Ставки от 25 февраля 1944 года была поставлена однозначная: «Разбить уманьскую группировку немцев». В дальнейшем предстояло выйти на рубеж реки Днестр. 2-я ТА и 5-я гвардейская ТА по плану вводились в прорыв в полосе 27-й и 4-й гв. армий соответственно, а во втором эшелоне находилась 6-я ТА. Последнюю предполагалось использовать в зависимости от обстановки. К началу наступления 2-я ТА насчитывала в строю 205 танков и САУ (100 Т-34, 32 ИС-1, 20 «Валентайнов», 6 СУ-152, 8 СУ-85, 39 СУ-76). 5-я гв. ТА П. А. Ротмистрова располагала 202 танками и САУ.

40-я и 53-я армии должны были свертывать оборону противника на флангах прорыва. Вспомогательный удар на Ново-Украинку в 150 км от главного наносили 5-я и 7-я гвардейские армии. Здесь оборона немцев была прочнее, и поэтому эти две армии начинали наступление позднее других, 8 марта 1944 года, когда сопротивление немецкой 8-й армии будет уже частично сломлено танковым ударом. Решение о нанесении вспомогательного удара именно на Ново-Украинку можно назвать весьма разумным: именно здесь действовала элитная дивизия «Великая Германия». Обрушить оборону пехоты, вынудить немцев задействовать подвижные резервы и дать свободу действий главной ударной группировке было жизненно необходимо.

4 марта, накануне общего наступления, с целью уточнения начертания переднего края и вскрытия системы огня противника была проведена разведка боем. Наконец, в 7:50 утра 5 марта после 56-минутной артподготовки в атаку поднялись войска ударной группировки фронта. Авиация из-за густого тумана действовать не могла. Сразу же после прорыва первой позиции противника на глубину 1,5 км от переднего края в бой вводятся главные силы 2-й ТА и 5-й гв. ТА. Наиболее результативно проходил прорыв в полосе 27-й армии. Уже к исходу первого дня наступления 2-я ТА продвинулась на 14-16 км и вышла к реке Горный Тикич. Крайне важно было не дать противнику закрепиться на рубеже этой реки. Немедленно началось строительство переправ. 6 марта 2-я ТА переправилась и продолжила наступление. Позднее И. С. Конев в мемуарах особо отмечал энергичное руководство командующего 2-й ТА генерал-лейтенанта С. И. Богданова, «все время находившегося непосредственно в боевых порядках». 2-я ТА была передана Коневу из 1-го УФ, и это была первая совместная операция И. С. Конева и С. И. Богданова.

Несколько хуже продвигались 5-я гв. ТА и пехота 4-й гвардейской армии. В какой-то мере это объясняется тем, что здесь, в полосе XXXXVII танкового корпуса немцев действовали 13-я и 14-я танковые дивизии. 29-й танковый корпус 5-й ТА за день 5 марта потерял 14 Т-34 подбитыми и 4 Т-34 сгоревшими, в строю осталось 60 Т-34 и 12 СУ-85. На следующий день в ЖБД 5-й гв. ТА отмечались «тяжелые танковые бои». Однако успешное наступление 2-й ТА и ввод вслед за ней 6-й ТА заставили немцев начать отход. К 8 марта 5-я гв. ТА и 4-я гв. армия тоже форсировали Горный Тикич.

К исходу 9 марта 6-я ТА овладела важным железнодорожным узлом Христиновка, а утром следующего дня под ударами подвижных групп 2-й ТА и 5-й гв. ТА рушится немецкая оборона города Умань. В итоге за пять дней операции оборона противника была прорвана на всю глубину. Трофеями советских войск стали 500 танков и САУ, более 12 тысяч автомашин и другое имущество. Ремонтный фонд ГА «Юг», ожидающие ремонта танки и самоходки, скопившиеся после боев под Корсунь-Шевченковским, были немцами брошены. Г. Гудериан в докладе А. Гитлеру 27 марта 1944 г. писал:

«Под Уманью около 300 танков попало в руки противника. […] ремонт оставшихся в Умани поврежденных танков был невозможен вследствие недостатка запасных частей».

Только на одной станции Поташ был брошен 21 тяжелый танк «Тигр» из-за невозможности передислоцировать технику.

Однако наиболее ценным трофеем в Умани стало горючее. Две заправки, запасенные перед операцией, машины танковых армий израсходовали на бросок к Умани по бездорожью. Подвоз из тыла был крайне затруднен. Захваченные склады позволили заправлять автомашины трофейным бензином, а для дизельных двигателей танков тыловики использовали трофейное дизельное топливо или же смесь из трофейного керосина с машинным маслом. Все танки также были дозаправлены трофейным авиамаслом.

С потерей Умани противник начал поспешно отходить к Южному Бугу, стремясь организовать здесь устойчивую оборону. Получив новый импульс с захватом трофейного горючего и масел, войска 2-го УФ с ходу форсировали разлившийся Южный Буг. В достижении успеха форсирования большую роль сыграли танковые части, которые с посаженной на танки пехотой подошли к р. Южный Буг и не дали немцам закрепиться. Передовой отряд 6-й ТА в составе всего двух танков с десантом 11 марта обеспечил форсирование Южного Буга и образование плацдарма. В условиях весенней распутицы танковые десанты получили самое широкое распространение, так как автомашины увязали, а передвижение пешим порядком по раскисшим дорогам не давало нужного темпа.

Следующей водной преградой на пути наступления 2-го Украинского фронта стал Днестр. Все мосты и переправы были взорваны, но передовые отряды мотострелков десантом на танках не давали закрепиться на рубеже Днестра и форсировали реку на подручных средствах. К утру 25 марта, невзирая на массовые удары бомбардировщиков по району переправ, были возведены временные мосты в Могилеве-Подольском и Ямполе.

Успех 2-го УФ с форсированием Днестра решено было использовать для содействия продвижению 3-го УФ. Директивой Ставки ВГК № 220054 войскам И. С. Конева предписывалось нанести удар «силами одной-двух [общевойсковых] армий с двумя танковыми армиями на юг, по западному берегу Днестра овладеть рубежом Унгены, Кишинев». Во исполнение приказа Ставки И. С. Конев нацеливал 6-ю танковую армию на Унгены, 2-ю танковую армию – на Кишинев и 5-ю гвардейскую танковую армию – на Бендеры и Тирасполь.

26 марта войска 2-го Украинского фронта вышли к государственной границе СССР с Румынией на р. Прут. Ударные возможности имевшихся в распоряжении И. С. Конева танковых армий к тому моменту значительно снизились. На 25-26 марта во 2-й ТА осталось 36 танков и 12 САУ; в 5-й гв. ТА – 9 танков и 7 САУ, в 6-й ТА – 40 танков и 6 САУ. Всего во всех трех армиях было 85 танков и 25 САУ. Продвинуться дальше (к Кишиневу и Унгенам) войскам 2-го Украинского фронта было уже не под силу. Бои местного значения на этом направлении продолжались до мая 1944 года.

Потери 2-го УФ за март 1944 года составили 11605 человек убитыми, 740 пропавшими без вести, а всего – 56850 человек. В результате Уманско-Ботошанской операции немецкая 8-я армия потерпела тяжелое поражение и была отброшена за Днестр. Немцы потеряли огромное количество боевой и вспомогательной техники, уничтоженной и брошенной на всем пространстве от Умани и до Днестра.

Обложка: Преследуя врага, войска 2-го Украинского фронта вступают на территорию Румынии. Март 1944 г. Источник фото: http://encyclopedia.mil.ru

• Уманско-Ботошанская операция заняла полтора месяца. Она проводилась силами 2-го Украинского фронта с 5 марта по 17 апреля 1944 года.

• Операция проходила в сложных условиях весенней распутицы. Военная теория того времени рекомендовала проводить масштабные боевые действия с использованием больших групп бронетехники, авиации и сухопутных войск в условиях сухого и твёрдого грунта. Так, осенью 1941-го одним из факторов замедления наступления вермахта под Москвой была осенняя распутица – бронетехника и пехота увязли в раскисших грунтовых дорогах. Уманско-Ботошанская операция показала, что сезон распутицы не помеха крупному военному успеху.

Маршал Иван Конев, командующий 2-ым Украинским фронтом:

«История войн не знает более широкой по своим размахам и сложности в оперативном отношении операции, которая была бы осуществлена в условиях полного бездорожья и весеннего разлива рек. В моей памяти неизгладимы картины преодоления солдатами, офицерами и генералами непролазной липкой грязи. Я помню, с каким неимоверным трудом вытаскивали бойцы застрявшие по самые кузова автомобили, утонувшие по лафеты в грязи пушки, надсадно ревущие, облепленные чернозёмом танки. В то время главной силой была сила человеческая».

• Успех был достигнут с относительно небольшим количеством бронетехники. В конце февраля 1944 года войска 2-го Украинского фронта были изрядно измотаны боями под Корсунь-Шевченковским. При общей численности фронта в 691 тыс. человек и трёх танковых армиях, он располагал всего 670 боеготовыми танками и самоходными артиллерийскими установками (САУ). Такого количества техники хватало для укомплектования по штату всего одной танковой армии трёхкорпусного состава. Имелся немалый риск того, что без танкового «кулака» наступление быстро выдохнется. К тому же прорывать фронт нужно было без поддержки авиации, которая не могла действовать в ненастную погоду.

Но Конев создал превосходство в пехоте, танках и в артиллерии на направлениях главного удара – в прорыве участвовали две танковых армии (2 ТА и 5 гв. ТА), третья (6 ТА) вводилась позже для развития успеха. Тем временем на остальных участках фронта прикрытие было очень тонким. Риск Конева объяснялся тем, что на тот момент противостоящая фронту группа немецких войск ещё не оправилась после поражения под Корсунь-Шевченковским и не была готова к наступательным действиям.

• Крупная победа была одержана уже в первый день операции. Удар двух танковых армий фактически обрушил весь немецкий фронт. Немцев застали в период перегруппировки, и взлом обороны прошёл быстро и эффективно.

В результате весь ремонтный фонд — ожидающие ремонта танки и самоходки, скопившиеся после боёв под Корсунь-Шевченковским — был немцами брошен. По советским данным, 2-я танковая армия во взаимодействии с 5-й гвардейской танковой армией при освобождении Умани захватила свыше 500 танков и более 350 орудий.

Это привело к тому, что вермахт был лишён возможности оперативно противопоставить прорыву Красной Армии крупные бронетанковые силы. 

• Именно в этой операции проявились лучшие боевые качества танкового десанта. В условиях весенней распутицы автомашины вязли, а передвижение пешим порядком по раскисшим дорогам не давало нужного темпа. Без поддержки пехотинцев бронетехника становилась чрезвычайно уязвимой. Поэтому танки сопровождали малые группы пехоты, которые располагались на их броне.

Благодаря своей мобильности бронетехника успевала выходить в тыл немцам, заставляя их спешно отступать по всей линии фронта.

Серьёзным препятствием для быстрого продвижения были многочисленные водные преграды.  Местность изобиловала большим количеством рек (Горный Тикич, Южный Буг, Днестр), которые являлись серьёзными естественными преградами. Тем не менее бронетехника с десантом успевала подходить к переправам раньше, чем туда подходил противник.

• К Днестру советская бронетехника вышла 17 марта в районе Ямполя и сумела его форсировать – немцы просто не успели взорвать переправу. Быстрый переход на правый берег стал важным тактическим успехом – это позволяло продолжить быстрое наступление к Карпатам.

• В ходе именно этой операции Красная Армия вышла к западной госгранице СССР впервые с лета 1941-го.  Это произошло 26 марта 1944г. Событие оказало важный психологический эффект – вместе с воодушевлением солдат выход на границу посеял смятение в рядах союзников Германии, в первую очередь правительств Румынии, Венгрии и Болгарии.

• Освободить Тирасполь и Бендеры планировалось уже 28 марта. Дело в том, что к моменту выхода мобильных групп 2-го Украинского фронта на Днестр немцы прочно удерживали рубежи восточнее Одессы. Тем самым образовался полукруг фронта, которым решило воспользоваться командование. Коневу поставили задачу широким охватом прижать группу немецких армий к Чёрному морю.

Маршал Иван Конев, командующий 2-ым Украинским фронтом:

«В этой обстановке мне представлялось правильным, выйдя основными силами фронта на Днестр и овладев плацдармами, одновременно левым крылом фронта развивать удар на Бендеры для охвата группировки противника в районе Первомайска и Вознесенска, отрезая её от переправ через Днестр. В связи с этим директивой от 17 марта я поставил перед армиями левого крыла задачу стремительно развивать наступление к Днестру, захватить переправы в районах Рыбницы и Дубоссар, а частью сил двинуться на Бендеры».

Но полностью реализовать этот план не удалось. В танковых подразделениях к этому времени оставалось мало танков, отставало снабжение, наступление уже начинало выдыхаться. К примеру, в 29 танковом корпусе на 22 марта было всего 10 танков Т-34 и 5 артиллерийских самоходных установок. Этими силами было решено идти на Тирасполь.

Сначала продвижение корпуса на юг вдоль Днестра было достаточно быстрым. 23 марта советские танки подошли к Каменке, где вместе с партизанами помешали немцам сжечь склады с зерном. На следующий день бронетехника корпуса освободила Строенцы, Белочи, Большой Молокиш, Сарацею, Ержево и подошла к Рыбнице.

Там тридцатьчетвёрки столкнулись с немецкими «Тиграми» и увязли в боях за город, которые длились почти неделю. Подробнее об этом можно почитать здесь.

После того, как 30 марта была освобождена Рыбница, командование кардинально изменило планы. Дальнейшее движение к Тирасполю было остановлено, а танковая армия Ротмистрова перебрасывалась далеко на Запад. Она должна была усилить наступление на румынский город Тыргу-Фрумос: его захват открывал путь на столицу Румынии – Бухарест. Было решено попытаться вывести союзницу Германии из войны. Но вермахт всё-таки успел выставить мощные заслоны и остановить наступление Красной Армии. А Тирасполь и южные районы Приднестровья освобождал 11-12 апреля уже 3-й Украинский фронт маршала Родиона Малиновского, который начал Одесскую наступательную операцию 27 марта, как раз в разгар сражения за Рыбницу.

• В результате Уманско-Ботошанской операции немецкая 8-я армия потерпела тяжёлое поражение и была отброшена за Днестр. Немцы потеряли огромное количество боевой и вспомогательной техники, уничтоженной и брошенной на всём пространстве от Умани до Днестра. Такие потери стали уже невосполнимыми, и вермахт, имевший репутацию подвижной армии «блицкригов», всё больше терял это своё качество. Напротив, Красная армия становилась подвижнее и раз за разом оттачивала мастерство операций подвижных соединений. Так об итогах операции писал специалист по Великой Отечественной войне Алексей Исаев. Были созданы условия для успеха действий войск 3-го Украинского фронта в Одесской операции, а в более долгосрочной перспективе — для полного уничтожения южного фланга немецких войск в Ясско-Кишинёвской операции.

• Войска 2-го Украинского фронта потеряли в ходе операции более 66 тыс. человек убитыми и пропавшими без вести, более 200 тыс. человек было ранено. Немецкие и румынские войска потеряли убитыми 118 400 солдат и офицеров. Количество пленных превысило 27 тыс. человек.

5 марта 1944 года войска 2-го Украинского фронта под командованием маршала Советского Союза И. С. Конева начали Уманьско-Ботошанскую наступательную операцию. 17 марта 1944 года они вышли в районе Ямполя к Днестру и приступили к освобождению Приднестровья. Спустя сутки, переправившиеся через реку части создали у с. Косоуцы плацдарм и развернули наступление на запад и юго-запад. 24 марта советские войска перерезали пути отхода группировке противника в Бельцах. Немецкие части потеряли здесь в боях более 2 тыс. солдат и офицеров и через два дня были вынуждены сложить оружие.

В этот же день войска фронта овладели г. Бельцы и вышли к государственной границе СССР — р. Прут — на участке от Липкан до Скулян протяженностью около 100 км. Таким образом было положено начало восстановлению советской государственной границы.

Продолжая освобождать территорию Молдавской ССР от оккупантов, советские войска в результате упорных боев 30 марта 1944 года освободили Рыбницу и Липканы, 2 апреля 1944 года — Резину, 6 апреля 1944 года — Оргеев, 12 апреля 1944 года — Дубоссары, Григориополь, Тирасполь. Форсировав Днестр, они укрепили плацдармы на правом берегу реки. Самый большой из них находился в районе с. Кицкан. К середине апреля от фашистских захватчиков была очищена половина территории республики.

Представлены документы Центрального государственного архива ПМР Ф. № 685 «Исполнительный комитет Дубоссарского районного Совета народных депутатов МССР» за 1945 год.

Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 2 ноября 1942 года об образовании комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков была создана Государственная комиссия СССР по учету ущерба, причиненного немецко-фашистскими захватчиками, отделения которой приступали к работе по всем освобождающимся районам СССР по мере их освобождения.

На территории Приднестровья комиссии были созданы и приступили к работе в апреле 1944 года, работали до 1946 года.

Предлагаем свод документов о причиненном за три года оккупации Дубоссарскому району уроне.

Согласно данным, полученным Дубоссарской городской комиссией по учёту ущерба, причинённого захватчиками, общий ущерб, причинённый  только по колхозам Дубоссарского района, составил 956 751 рублей.

Начиная со 152 страницы, автор рассказывает о проведенной Уманско-Ботошанской операции, в ходе которой было освобождено Приднестровье (за исключением города Бендеры).

Вот, что пишет об этом сам автор:

«Из всех операций, о которых рассказывается в этой книге, самой трудной была Уманско-Ботошанская. История войн не знает более широкой по своим размахам и сложности в оперативном отношении операции, которая была бы осуществлена в условиях полного бездорожья и весеннего разлива рек…».

Город был важной стратегической точкой – через Днестр здесь проходила железная и шоссейные дороги, его захват давал возможность быстрого прорыва в Бессарабию. Именно поэтому немцы стремились удержать Рыбницу любой ценой, ведь её потеря грозила серьезными последствиями для всей германо-румынской группы войск под Одессой. Поэтому в середине марта 1944 года, когда стало очевидно, что удержать стремительную Красную Армию на реке Южный Буг не получится, немцы попытались укрепиться в северных районах Приднестровья. Между тем неожиданное поражение немцев под Ямполем (севернее Каменки) 18 марта серьезно ухудшило их положение. Именно отсюда начался первый бросок советских частей к Рыбнице.

Используя силы партизанских отрядов, русские планировали ударить вниз по течению Днестра, чтобы не позволить немцам подготовить хорошую оборону. Вместе с тем Уманьско-Ботошанское наступление выдохлось: к Днестру советские части вышли ослабевшие и с большими потерями, к тому же весеннее бездорожье не позволяло подтянуть тылы и резервы. Тем не менее, бросок к Рыбнице был необходим, так как любое промедление грозило большими потерями в будущем.

Под Сороками был сформирован отряд из пяти танков Т-34 и одного самоходного орудия во главе с полковником И. Мищенко. В сопровождении около 100 бойцов пехоты они двинулись на юг. Это был тот самый авангард, который 23 марта подошел на помощь каменским партизанам, которые уже сутки удерживали склады с зерном, сражаясь с батальоном немецкой пехоты.

Появление советских тридцатьчетверок изменило баланс сил. В течение суток танки выдавили врага из близлежащих сёл и оказались в полутора километрах от Рыбницы, в селе Ержово. Однако здесь мобильный авангард столкнулся с мощной немецкой контратакой, которая велась при поддержке бронетехники. Улицы Ержово превратились в поле боя: несколько сотен немецких солдат при поддержке самоходных орудий и танков «Пантера» оттеснили русских, которые потеряв три тридцатьчетверки и единственную самоходку, отступили к селу Большой Молокиш. Немцы погнались было за ними, но в Болшой Молокиш к этому времени подошла с востока 31-я танковая бригада, прорвавшаяся в районе Кодымы. Сюда же 26 марта подтянулась 41-я пехотная дивизия генерала Н. Цветкова, которая в дальнейшем сыграла весомую роль в освобождении Рыбницы.

Село Сарацея, что между Ержово и Большим Молокишем, стало точкой противостояния сторон на несколько ближайших дней. Немцы также попытались удержать большой периметр вокруг Рыбницы. Так германская бронетехника (среди которых были и «Тигры») закрыла проход на Воронково, Гершуновку и станцию Колбасная.

Между тем наступающие с востока части советской армии заставили немцев отвести 28 марта свои бронетанковые отряды к югу в Дубоссары. Рыбницкая группировка оказалась прижата к городу и Днестру. Этим воспользовалась 41-я стрелковая дивизия и ударила при поддержке 31-й танковой бригады из Большого Молокиша по укрепившемуся у Сарацеи врагу.

В этом бою показал свои боевые качества красноармеец Михаил Гоголев, который во время атаки находился на броне ударного танка: когда бронемашина пробралась на немецкие позиции, он десантировался с танка и вступил в ближний бой. Так он уничтожил 5 немецких солдат и взял в плен еще 15 человек. За этот бой Гоголева представили к ордену Красной Звезды.

Продвигаясь вперед, 41-я стрелковая дивизия захватила села Сарацея, Ержово, Шмалена, Ульма и оказалась в пригородах Рыбницы. Предвидя скорое падение своей обороны, немцы решили уничтожить склады с боеприпасами, чтобы они не достались русским, взорвать мост через Днестр и затруднить тем самым дальнейшее продвижение Красной Армии на запад.

В этот момент большую роль сыграло рыбницкое подполье. Патриоты разминировали на железнодорожной станции «Рыбница» 13 вагонов со снаряжением и минами, 8 цистерн с бензином, 17 вагонов с награбленными противником ценностями и помешали немецким реквизициям.

Тем временем, утром 30 марта советские войска вступили в Рыбницу и атаковали железнодорожную станцию. В этом сражении участвовали бронетанковые части, некоторые экипажи Т-34 проявляли чрезвычайные боевые качества. Так орденом Красной Звезды были награждены сержанты Дорошенко и Иванович, которые со своего танка уничтожили до 60 солдат и офицеров противника, подбили один малый танк и одну самоходную пушку типа «Фердинанд».

Инерция наступления была столь мощной, что в этот же день, 30 марта советские войска с ходу освободили села Гидирим, Зозуляны и Попенки, оттеснив остатки обороняющихся немецких сил на юг.

В память об освобождении Рыбницы, одна из улиц города носит название 41-й Гвардейской дивизии. В честь командующего дивизией генерал-майора Константина Цветкова открыт сквер по улице Кирова. В городе также сооружен Мемориал Славы в память о погибших освободителях Рыбницы и тех её жителях, которые погибли на фронтах Великой Отечественной войны