Поздним вечером 18 марта 1944 года сотня кавалеристов въехала в село Окницу Каменского района. Это был партизанский отряд Якова Мухина. Ещё 6 февраля он выдвинулся в боевой рейд по тылам противника на Западной Украине и за полтора месяца провел 17 боевых операций против вермахта и боевиков Украинской повстанческой армии. Двигаясь впереди регулярных частей Красной армии, отряд Мухина первым достиг районного центра и, как оказалось, вовремя: ему удалось предотвратить уничтожение складов с продовольствием и противостоять атаке пехотных частей вермахта. Партизаны также способствовали быстрому продвижению советской бронетехники к Рыбнице. Эти события нашли отражение в отчетах и воспоминаниях полковника Мухина.

Ядро отряда

В декабре 1943 года комиссар разведывательного отдела Закавказского фронта полковник Яков Мухин направляется в недавно освобожденный Киев. Там ему поручают создать специальный партизанско-диверсионный отряд для последующей переброски на оккупированную территорию Молдавской ССР. Эта боевая единица должна была проникнуть в глубокий тыл противника, собирать разведданные, разрушать коммуникации врага, организовывать активное сопротивление с участием местного населения. Готовилась масштабная операция с целью освобождения правобережной Украины и выхода к государственной границе СССР. В весенней кампании планировалось задействовать несколько фронтов. Партизанские отряды должны были активно способствовать наступлению: исход сражений зачастую решают вовремя доставленные сведения или пущенный под откос поезд врага с подкреплением, горючим и техникой.

К этому времени Мухин уже имел неплохой опыт организации разведывательной деятельности. «Хорошо знает разведслужбу, как войсковую, так и агентурную», — говорится в наградном листе, в котором Мухина представили к ордену Красного Знамени.

В Киеве Мухин успевает переговорить с наиболее заслуженными руководителями рейдов по тылам врага. Среди них уже прославленные партизанские командиры Сидор Ковпак и Пётр Вершигора, уроженец приднестровского села Севериновка. Они охотно делятся с Мухиным опытом партизанской войны. С ними подробно обсуждаются планы «лесной кампании», уточняются маршруты движения, выбирается тактика действий в тылу врага. До войны, в должности комиссара 25-го Молдавского пограничного отряда, Мухин несколько лет жил в Тирасполе и был хорошо знаком с географическими и этнографическими особенностями региона.

Ядро отряда Мухина составили 19 отборных бойцов с впечатляющим послужным списком. Так, например, второй человек в отряде Андрей Смирнов воевал в брянских лесах еще осенью 1941 года, затем за линией фронта в Белоруссии и Украине. Пустил под откос 11 вражеских эшелонов, отделался тремя ранениями и был награжден высшей наградой СССР – Орденом Ленина. Ценным опытом партизанской войны обладали Иван Ковтун и Алексей Свалов: за два года они провели многочисленные боевые операции в тылу врага.

Рейд к Днестру

Сначала группа Мухина действовала в составе более крупных партизанских соединений и только затем двинулась в самостоятельный рейд. Команда «По коням!» прозвучала вечером 6 февраля 1944 года. Вот как об этом вспоминает сам Мухин:

«На улице сильнейшая пурга. Ветер валит с ног. В двух метрах ничего не видно. Сзади бандеровцы, впереди, слева и справа немцы. Партизаны забираются на лошадей. У каждого один-два автомата, два-четыре диска с патронами, на ремне четыре-шесть гранат, пистолет, за плечами вещевой мешок, а в нем 1200 патронов, на пять дней запас продовольствия».

Полтора месяца группа Мухина двигалась по лесам и сёлам Житомирской, Ровненской, Тарнопольской, Каменец-Подольской и Винницкой областей Украины. За это время к отряду присоединились десятки добровольцев. Партизаны собирали информацию о передвижении вермахта и организовали масштабную диверсионную деятельность. Тем самым они оказали весомую помощь маршалу Ивану Коневу, командующему 2-м Украинским фронтом, который 5 марта 1944 года начал крупную военную операцию (Уманско-Ботошанскую) на Украине.  

Освобождение Окницы и Кузьмина

Во второй половине марта группа Мухина получила приказ двигаться на юг в Каменский район. К этому времени бронетанковые части Красной армии стремительно приближались к Днестру. Партизаны должны были помочь им с разведкой.

«За день прошли 75 километров. Встречаем отдельные небольшие группы немцев и румын, подводы с убегающими в Румынию полицейскими и другими изменниками Родины. В 22 часа 45 минут 18 марта 1944 года отряд вступил в село Окница», — пишет Мухин в своих воспоминаниях.

Местные жители собрались в центре села. «Появилась гармонь. Усталости как не бывало. “Русская барыня” сменяется зажигательной “Молдовеняской”. Взаимной радости нет границ», — рассказывает руководитель отряда.

В Окнице Мухин принимает решение двигаться на юг вдоль Днестра через село Кузьмин и райцентр Каменку.

Встречу с жителями Кузьмина Мухин описывает как «незабываемую»:

«На окраине нас встретили почти все жители. На большом подносе, покрытом вышитым полотенцем, лежали свежевыпеченный хлеб, соль, брынза и стоял графин с вином. Хлеб и соль вручила колхозница Виктория Гудковская».

Из Кузьмина Мухин высылает группу партизан, к которым присоединились и местные жители, на правый берег Днестра.  

«В 21:00 (19 марта 1944) боевая группа под командованием Миши Носова переправилась на правый берег, совершив успешный налет на румынский пикет в с.Черлина», — записал в своем отчете командир.

Налеты на правый берег станут регулярными, тем самым отряд окажет весомую поддержку регулярным частям во время наступления на Рыбницу. Но об этом позже.

Освобождение Каменки

Ночью из Каменки вернулась разведка: в населенном пункте гитлеровцев нет, но в селе Подойме дислоцируется немецкий батальон, он прикрывает переправу отступающих войск у Рашкова и имеет задачу уничтожить продовольствие, которое не удалось вывести. На окраине Каменки ближе к Подойме к этому времени скопилось до 10тыс. тонн продукции. Немцы собрали её на станции узкоколейной железной дороги (действовала в 1939–1997гг.) и планировали переправить на правый берег. Но приближение частей Красной армии внесло коррективы в эти планы. Тем более что бойцы Мухина 20 марта нейтрализовали охрану складов и взяли станцию под свой контроль.

«20 марта вступаем в Каменку. Райцентр занимаем в пешем порядке… Выставил заставу в сторону Подоймы и Подоймицы из 50 человек», — записал Мухин.

По традиции день освобождения Каменки отмечается 24 марта. Согласно документам, в этот день от гитлеровцев был очищен уже весь Каменский район. Райцентр же, как видно из отчетов Мухина, партизаны взяли под контроль еще 20 марта, а 23 марта сюда прибыла и советская бронетехника. 

Атака вермахта

К партизанам присоединились члены каменского подполья. Всего, по словам Мухина, из Каменки и окрестных сёл в отряд вступили 46 человек. Они помогли партизанам противостоять атаке немцев. А последовала она незамедлительно.

Из отчета Мухина:

«21 марта. В 14:00 до 45 немцев (по другим данным, 70 человек – прим. ред.) пытались войти на окраину Каменки. Огнем заставы отогнаны».

«23 марта. В 10:00 90 немцев (по другим данным, 120 человек – прим.ред.) сбили заставу на ст.Каменка, пытались сжечь склад и взорвать паровоз. Ценой больших потерь им (немцам) удалось оттеснить группы Носова и Свалова и временно захватить станцию. Они успели взорвать паровоз и несколько вагонов». 

В этот момент в Каменку въехали четыре советских танка Т-34 вместе с командующим 29-м танковым корпусом генерал-лейтенантом Кириченко.

За день до этого, 22 марта, в местечке Янкулово (ныне Иванков, Украина; в 30 км от Каменки) Кириченко получил приказ двигаться на юг вдоль Днестра, освободить Рыбницу, захватить железнодорожный мост и быть готовым наступать на Тирасполь. В течение ночи советская бронетехника совершила марш-бросок и, проехав через сёла Грушка и Кузьмин, подошла к райцентру.

«Доложил генералу обстановку. Он выделил один танк, партизаны Носова и Свалова при его поддержке вновь ворвались на станцию. Атака была молниеносной, неожиданной для немцев, и они поспешно отошли. Пожар на станции был ликвидирован, хлеб спасен», — пишет Мухин в своих воспоминаниях.

В этот же день партизаны с танками уже сами повели наступление на Подойму и Подоймицу, где находились около 500 солдат вермахта. О том, какие действия предприняли Мухин и Кириченко и как освобождались города и сёла Приднестровья, читайте в материалах спецпроекта «Весна освобождения – 1944».

Денис Давыдов второй Отечественной войны – так называют его историки. «Военное творчество народных масс» партизанского батьки до сих пор изучается в военных академиях. «В Вершигору» играла ребятня, публицисты видели в нём образ «доброго лестного колдуна в военной форме», поклонники фэнтези сравнивали его с «королём гномов» из легендариума Толкина. Тому причина не только знаменитая борода писателя-генерала, но и особые качества его личности.

Жизнь Петра Вершигоры (1905-1963) – готовый сюжет для литературного произведения и художественного фильма. «От Буга до Вислы», где его играет Михай Волонтир, пересматривают и разбирают на цитаты.  

Сирота

Испытание дорогой для Вершигоры началось с раннего возраста. В 12 лет он пешком прошёл 80 км от Балты до родного дома. «Твоё имение в Севериновке!», — сказали ему после смерти матери (отец умер восьмью годами ранее). Так Пётр оказался у ворот хаты, где появился на свет и где теперь жила его родня. «Теперь у меня и мамы нет», — сказал Вершигора, когда к нему вышла тётя Ксения Фёдоровна со своими детьми. С ними он и вырос. Такую историю рассказывают в музее Петра Петровича, где собраны уникальные материалы его жизни.

После войны получивший известность герой часто наведывался в родной дом, помогал родичам и сельчанам. Не было такого вопроса, который он не мог бы решить, когда к нему обращались жители Севериновки. Местная ребятня бежала навстречу, едва завидев его «Победу» на подступах к селу: прокатиться с ветерком на машине знаменитого партизана было здорово.

Во дворе под орехом писатель-генерал работал над восстановлением пьесы «Дуб Котовского» (рукописи сгорели во время войны). «Давай, Келюся, сварим мамалыгу и посидим, как раньше», — говорил Вершигора двоюродной сестре Акулине Косован, с которой провёл детство, полное лишений и трудностей.

Уже в юности Пётр Петрович осознал жизнеутверждающую силу творчества: в селе он создаёт драматический кружок, в армии стал барабанщиком, увлечение переросло в два высших образования – институт им. Бетховена в Одессе и Киноакадемия в Москве. Стал режиссёром в Киевской киностудии, снял несколько фильмов, написал несколько пьес.

От интенданта до комбата

Но началась война, на которую он пошёл добровольцем, отказавшись от брони.

В августе 1941 года в нём просыпается военачальник – за несколько недель Вершигора прошёл путь от интенданта и замкомвзвода до комбата. В первом бою (у села Степаницы, Украина) сумел остановить бегство солдат и организовать сопротивление.

«На войне нельзя  бегать. Даже отступать  нужно  лицом  к  врагу», — позже отметит он в своей книге, описывая этот момент.

Вершигора видел, как убили командира, как побежали товарищи, как их расстреливали наступающие фашисты.

«В бою бывают моменты, — напишет Вершигора, — когда сознание уходит… Только помню, что гитлеровский автоматчик лежал мёртвый, а я стоял около него…Опомнившись только тогда, когда немец стал трупом, я взял его автомат — мой первый трофей, догнал взвод и заставил людей подчиниться себе».

Затем был тяжёлый бой под Каневым и пересечение Днепра вплавь под миномётным огнём немцев. Этот момент антропологи назвали бы символом перехода, обрядом посвящения, смертью и перерождением.

«Если  бы кто-нибудь до войны сказал мне, что я буду военным человеком,  я  бы  сильно удивился. Но если бы мне сказали, что я переплыву Днепр, я удивился  бы  ещё больше. Всё же Днепр я переплыл. Правда, с потерями: снесло волной с  плота мою гимнастёрку и с ней последние нити, связывающие меня  с  прошлой  жизнью интеллигента-белоручки», — писал Вершигора.

 Дальше переформирование, Юго-Западный фронт и окружение. В «Людях с чистой совестью» со всеми подробностями описывается, как это было – эпизод выхода к своим затем лёг в основу сценариев многих кинофильмов.

«Это четырёхсуточное окружение, — замечает Вершигора, — было для меня первой репетицией перед настоящей партизанской борьбой в тылу врага».

Военная разведка и «партизанская академия» Ковпака

Вскоре Пётр Петрович назначен руководителем бригады фотокореспондентов, а затем становится сотрудником разведывательного управления Брянского фронта.

С этого момента и начинается эпопея по тылам врага. Вершигора успешно организовал агентурные точки по сбору разведданных, за что получил Орден Красного Знамени. В дальнейшем судьба забросила его к партизанам.

«Второй фронт», как называл партизан секретарь ЦК ВКП(б), председатель Совнаркома, председатель Госкомитета обороны и Верховный Главнокомандующий Иосиф Сталин, сыграл одну из главных ролей в войне. Своевременная передача разведданных, вовремя пущенный под откос поезд врага могли изменить исход сражений. Организация сопротивления в тылу противника создавала массу проблем вермахту.

Летом 1942 года Вершигора переброшен в брянские леса на Десну, где присоединяется к боевой группе  знаменитых партизанских командиров — Сидора Ковпака  и Семёна Руднева.

В Путивльском партизанском отряде он – замкомадира по разведке. Теперь к двум высшим образованиям прибавляется и «партизанская академия» Ковпака.

В книге Вершигоры в стиле документального рассказа от первого лица описываются события боевых операций, батальные эпизоды и пронзительные истории людей. «Стилистическая ясность изложения», как отмечали литературоведы, погружает читателя в атмосферу партизанского образа жизни. Вершигора словно предлагает увидеть всё своими глазами. Происходящее он снимает на фотокамеру – копии уникальных фотоматериалов, изображающих быт партизан, можно увидеть в музее Севериновки.

«Щоб шелест пишов по Украини!»

В сентябре 1942 года начинается глубокий рейд на правобережную Украину в Житомирскую и Ровненскую области для диверсий в тылу врага. «Наносить удары в тех местах, где  ещё  до  сих  пор  не ступала нога советского партизана и не стрекотал, как  весенний  жаворонок победы, его автомат», — писал Вершигора.

Рейд  готовился очень тщательно. 

«Щоб було по-партизанскому, щоб ничего не  стукнуло,  не  грохнуло,  а тiльки щоб шелест пишов по Украини!» – говорил Ковпак.

Сотни километров по оккупированной территории, десятки диверсионных операций, бои с оккупационными отрядами, уничтожение коллаборационистов, встречи с подпольщиками и воинами-одиночками. Вершигору поразила история танкиста, который горел в 1941 году в танке, несколько лет в одиночку вёл лесную войну. Он описывает человека, у которого развились превосходные качества следопыта.

Вершигора отмечает мужество и самоотверженность женщин-партизан. Есть эпизод, когда  раненая белорусская партизанка Ганька, чтобы не попасть в плен,  взрывает себя вместе с обступившими её немцами.

Пополнение боеприпасов и вооружения организовывалось на месте. Военные трофеи позволяли непрерывно вести боевые действия.

12 июня 1943 года отряд Ковпака выступил в Карпасткий рейд для организации диверсий на Западной Украине. Одним из важных его результатов, как отмечал Вершигора, стал подрыв крупного железнодорожного моста в Винницкой области, что привело к срывам снабжения вермахта в критический момент Курской битвы.

В Карпатах партизанам пришлось столкнуться с регулярными частями немцев. Для борьбы с бойцами Ковпака фашисты создали боевую группу из элитных частей СС и горнострелковых подразделений под командованием опытного генерала Кригера. В какой-то момент немцы сумели окружить партизан.

Выход из тяжёлого положения предложил Вершигора: можно использовать тактику партизана 1812 года Дениса Давыдова  — ударить по вражеским частям, затем, разделившись на мелкие группы, выйти из окружения. Раствориться, пройти сквозь позиции врага, затем собраться вновь и опять ударить.

«Добре було тоди Давыдову, его авиация не чипала», — возразил Ковпак, но с предложением Вершигоры согласился. Тактика сработала.

Генерал-писатель

Впоследствии Пётр Петрович повёл в рейд собственный партизанский отряд. К слову, Вершигора вместе с Ковпаком инструктировали Якова Мухина, который в феврале 1944 года повёл диверсионную группу на юг к Днестру и вступил в Каменский район Приднестровья.

6 августа 1944 года Вершигоре было присвоено звание генерал-майора, а через день звание Героя Советского Союза — за успешное проведение рейдов и особые заслуги развития партизанского движения на Украине.

После войны герой оказался в опале: несмотря на то, что книга «Люди с чистой совестью» была удостоена Сталинской премии, критики назвали её слишком реалистичной. Вершигора также вступился за членов винницкого подполья, которые попали под репрессивный каток партийного аппарата. Но рассказывать правду о войне и помогать ветеранам партизанский батька продолжал несмотря на давление сверху.

Множество откликов вызвала его  статья «Человек на обочине». Он настаивал на необходимости наладить выпуск мотоколясок для инвалидов Отечественной войны. Вершигора продвигал идею создания специальных автомобилей с ручным управлением, производство которых впоследствии начали на базе «Запорожца».

В музее Севериновки рассказывают, что Пётр Петрович уделял больше внимание озеленению населённых пунктов. Лично привозил саженцы, организовывал субботники и вместе со всеми сажал деревья. «Он как бывший партизан знает толк в деревьях. Надо озеленять местность, чтобы если что…», — шутят посетители музея.

Незадолго до своей смерти, в 1962 году, Вершигора посадил дуб у дома культуры Каменки.

Под его раскинувшимися ветвями сегодня создан сквер Героев. Огромный дуб в центре города — словно памятник партизанам, символизирующий древо жизни и мир, за который сражались люди с чистой совестью.

О своей жизни Пётр Петрович говорил так:  

«В юношеские годы  мечтал  стать  агрономом,  был  сапожником,  трубачом музыкальной команды, лихо играл польки,  вальсы  и  краковяки  на  свадьбах, окончил два вуза, стал артистом и режиссёром, учился, читал,  пописывал,  но для души больше всех книг и романов любил «Жизнь растений» Тимирязева. Перед войной начал писать повести.  А  10  июня  1941  года  закончил  пьесу  «Дуб Котовского» —  о  Хотинском  восстании  молдавских  партизан.  Войну  провёл по-разному, но честно. И только заканчивая путь по тылам врага, понял,  что мне  бы  с  юности  стать  моряком,  неутомимым  мореплавателем.  Недаром  в студенческие годы в Одессе тянуло меня к Дюку, в порт и так  манил  туманный горизонт волнующегося моря».

Александр Корецкий, фото — Антон Волошин

В марте 1944 года Красная армия и партизаны выбили вермахт из северных районов, а в апреле от захватчиков были очищены южные города и сёла. О том, как это было, можно узнать из документов воевавших подразделений, которые благодаря сайту «Память народа» находятся в открытом доступе. Источники содержат описание событий буквально по часам. «Новости Приднестровья» сделали подборку материалов, позволяющих реконструировать «Весну освобождения». Они расскажут о том, как партизаны помешали оккупантам уничтожить инфраструктуру Каменки и как Т-34 встретились с «Тиграми» под Рыбницей.

Танковый трезубец маршала Конева

Территория Приднестровья находилась в оккупации с лета 1941-го до весны 1944 года, то есть два с половиной года. Они запомнились как время массовых депортаций, этнических чисток, принудительного труда и продуктовых реквизиций. Представление о том, что происходило в оккупации, можно составить здесь. Наши города и сёла были включены в так называемое «губернаторство Транснистрия», откуда было решено «выкачать все ресурсы» в «интересах румынского государства». Поэтому когда говорят «Транснистрия», подразумевают не конкретный географический регион, а колониальную территорию, управляемую оккупационной администрацией.

Но наступила весна 1944 года, и к Днестру стремительно приближались 2-й и 3-й Украинские фронты. В начале марта три танковые армии практически одновременно обрушились на немцев, обозначив начало масштабной Уманско-Ботошанской операции. Этот бронированный трезубец буквально закатал в раскисшую от весенней распутицы землю оборону вермахта. Маршал Иван Конев, командующий 2-м Украинским фронтом, хорошо усвоил уроки лета 1941 года: тогда одним из факторов успеха немцев стало быстрое продвижение крупных бронетанковых группировок в глубокий тыл соединений Красной армии с их последующим окружением.

Весной 1944-го эту тактику использовала уже Красная армия: в случае успеха 2-го Украинского фронта к Чёрному морю прижималась бы вся южная группа румыно-немецких армий. Но если за два с половиной года до этого панзер-дивизии вермахта раскатывали по сухим летним степям, то танкам Красной армии предстояло пробираться через весеннюю жижу, в которую после снежной зимы превратились не только поля, но и грунтовые дороги. Но тут во всей красе показал себя Т-34, не зря эта машина признана лучшим средним танком Второй мировой.

Уже 10 марта они взяли Умань, а 15 марта вышли на берег Днестра у Могилёва-Подольского. Чуть южнее, в район Ямполя, подошел 29-й танковый корпус. Это был авангард 5-й гвардейской танковой армии легендарного маршала бронетанковых войск Павла Ротмистрова. Тем самым русские оказались в глубоком тылу немцев. Как это произошло, можно увидеть на кликабельной карте, доступной также на сайте «Память народа». 

Вермахт стал быстро отводить свои силы на запад, пытаясь уйти из наметившейся петли. В этих условиях железнодорожные мосты в Рыбнице и Тирасполе играли ключевую роль, и немцы решили удержать их во что быто ни стало: по ним можно было перебрасывать силы, чтобы остановить прорыв Красной Армии.

Достигнув Днестра, советская армия не остановилась. Одна группа бронетанковых соединений переправилась на его правый берег и бросилась на юго-восток к Бельцам и реке Прут. А вот танки Ротмистрова развернулись на юг и пошли вдоль Днестра. Таким образом бронированный трезубец начал охват всей южной группировки вермахта и устремился к черноморскому побережью.

Как танки Т-34 помогли партизанам в Каменке

22 марта 1944 года в местечке Янкулово на Днестре генерал-лейтенант Кириченко открыл пакет с приказом от командующего армией Ротмистрова. Его 29-му танковому корпусу предписывалось двигаться на юг, освободить Рыбницу, захватить железнодорожный мост и быть готовым наступать на Тирасполь.

Кириченко принял решение двинуться на Каменку двумя волнами. Из отчёта о боевых действиях 29-го танкового корпуса:

После длительного перехода и боев за Умань корпус имел в своем распоряжении только 10 Т-34 и 5 артиллерийских самоходных установок.

К этому времени Каменка и несколько окрестных сёл уже были в руках партизан. Отряд «Советская Молдавия» Якова Мухина ещё 18 марта вошёл в Окницу и Кузьмин, а 20 марта появился в Каменке.

«На подступах к Каменке партизаны отряда «Советская Молдавия» были встречены ружейно-пулеметным огнем противника. Прорвавшись через заградительный огонь и разогнав полицию, партизаны в 14 часов 20 марта 1944 года вошли в районный центр МССР Каменку». Дмитрий Елагин, «Партизаны Молдавии».

«20 марта выехали в Каменку. Немцы стояли в селе Подойма. 21 марта выставил заставу в Подоймице и на станции УЖД в Каменке, где находилось до 10 тысяч тонн продфуража. Боясь, что немцы всё это могут уничтожить, решили остаться в Каменке до подхода частей Красной армии». Из отчета Якова Мухина.

Отряд Мухина был собран ещё 6 февраля 1944 года и первоначально состоял из 19 бойцов. Они должны были совершать диверсии в тылу врага и всячески мешать оккупационным властям. Во время рейда к отряду присоединялись группы местного сопротивления, так что в Каменку вошли уже не 19, а 120 партизан. Им предстояло перехватить крупный груз продовольствия, который стоял на станции узкоколейной железной дороги, связывающей Каменку и Рыбницу.

«Плененный гитлеровский солдат показал, что немецкий батальон, занимающий села Подойму и Подоймицу, должен прикрыть переправу отступающих фашистских войск в районе Рашкова и уничтожить в Каменке предприятия, совхоз, крупные склады зерна и табака. Командование отряда принимает решение сорвать планы гитлеровцев по уничтожению Каменки. В сторону Подоймы и Подоймицы выставляется застава в 50 человек под командованием Г.А. Фарберова. На помощь партизанам подоспели подпольщики Каменки». Дмитрий Елагин, «Партизаны Молдавии».

«20 марта гитлеровцы группами по 60-70 человек неоднократно пытались войти в Каменку, но, неся потери, откатывались на исходные позиции… В 10 часов 23 марта гитлеровцы численностью 120 человек при трех минометах и 6 пулеметах повели наступление на станцию. Ценою больших потерь им удалось потеснить партизан, подорвать паровоз, несколько вагонов и подготовить склады к уничтожению. В этот напряженный момент в Каменку прорвались четыре советских танка. Партизаны под командованием А.П. Свалова вновь выбивают гитлеровцев со станции и берут под свою охрану склады зерна. Другая часть отряда под командованием командира отряда А.В. Смирнова под прикрытием трех танков повела наступление на Подойму и Подоймицу». Дмитрий Елагин, «Партизаны Молдавии».

Следом подъехали свежие силы 31-й танковой бригады и артиллерийские самоходки. Так что немцы стараются быстро ретироваться на юг, что можно видеть на этом фото.

Отступление немецких войск в окрестностях Каменки, март 1944 г. Фото: альбом «Приднестровье в годы ВОВ»

Танки двигались быстро и ближе к вечеру 23 марта уже появились в Подойме и Подоймице. Но в Катериновке и Рашкове опять встретили сопротивление.

На следующий день бронетанковые части уже вышли к пригороду Рыбницы — селу Ержово.

Судя по боевому донесению 29-го танкового корпуса, немцы Ержово без боя не отдали.

Контратака «Тигра»

С этого момента начинается борьба за Рыбницу, которая длилась целую неделю. А началось всё с танкового сражения в Ержово. Как раз в момент подхода «тридцатьчетвёрок» на  железнодорожной станции стояли платформы с немецкими танками. И не просто танками, а мощными и опасными «Т-VI», больше известными как «Тигр».

Вот как это описано в исторической справке 29-го танкового корпуса:

«Видя угрозу потери Рыбницы, немцы бросили в контратаку тяжелые танки и до батальона пехоты. Всюду рвались мины и снаряды, танки прямой наводкой били по наступающей пехоте врага. Командир бригады подполковник Мищенко лично руководил организацией обороны, немцы откатились. Через 20 минут контратака возобновилась, но и эта была отбита с большими потерями для врага. Началась третья контратака. Враг бросил танки и до 2 батальонов пехоты. Бригаду стали обходить с 3 сторон. Танки врага били прямой наводкой по улицам деревни и сожгли обе самоходки, снайперы и автоматчики противника вели сосредоточенный огонь по отбивающимся от них бойцам бригады. Враг просочился в деревню. Началась отчаянная борьба. Капитан Шкурденко со старшим сержантом Матвеевым открыли шквальный автоматный огонь по наступающим немцам и отбивались до последнего патрона. Они погибли героями в этом бою. Не выдержав натиска впятеро превосходящего врага, бригада, потеряв две самоходки, отошла за речку Б. Молокиш и заняла оборону на высотах восточнее деревни Б. Молокиш».

В это время к Большому Молокишу подошла пехота 41-й гвардейской дивизии генерал-майора Константина Цветкова. 24 марта стрелковые подразделения наконец догнали танки Ротмистрова, что было весьма кстати. Севернее Рыбницы, у села Сарацеи, немцы буквально за сутки выстроили твердую оборону. Всё-таки весной 1944-го вермахт был ещё очень силён.

Село Сарацея, что между Ержово и Большим Молокишем, на несколько дней стало точкой противостояния сторон. Немцы также попытались удержать большой периметр вокруг Рыбницы. Так, германская бронетехника (среди которой были и «Тигры») закрыла проход на Гершуновку и станцию Колбасна, прикрыв свой правый фланг.

О том, что происходило под Сарацеей, можно узнать из отчета о боевых действиях 29-го танкового корпуса. Из документов видно, что немцы использовали в том числе и авиацию. Судя по количеству взаимных атак, бои здесь были довольно интенсивные.

Отчет 29 ТК

Батальные сцены отражены и в наградных документах. В наградном листе красноармейца Михаила Гоголева есть описание его действий в бою, которые принесли ему Орден Красной Звезды.

Не достигнув успеха в лобовых атаках, Красная армия попыталась обойти Рыбницу с востока. Преодолевая заслоны вермахта, 29 марта они занимают станцию Колбасна и начинают движение на село Воронково. Предвидя скорое падение своей обороны, немцы решили уничтожить склады с боеприпасами, чтобы они не достались советским бойцам, взорвать рыбницкий мост через Днестр и затруднить тем самым дальнейшее продвижение Красной Армии на запад.

В этот момент вперед выходят патриоты Рыбницы из движения сопротивления. Они разминировали на железнодорожной станции «Рыбница» 13 вагонов со снаряжением и минами, 8 цистерн с бензином, 17 вагонов с награбленными противником ценностями и помешали немецким реквизициям. Однако мост через Днестр немцам все же удалось взорвать.

Разрушенный мост через Днестр в Рыбнице, март 1944 г. Фото: альбом «Приднестровье в годы ВОВ»

Тем временем утром 30 марта бойцы дивизии Цветкова при поддержке танков Кириченко вступили в Рыбницу и атаковали железнодорожную станцию. В этом сражении некоторые экипажи Т-34 проявляли исключительные боевые качества.

Инерция наступления была столь мощной, что в этот же день, 30 марта, советские войска с ходу освободили села Гидирим, Зозуляны и Попенки, оттеснив остатки обороняющихся немецких сил на юг.

Не исключено, что такими темпами Красная армия сумела бы освободить Дубоссары и Тирасполь в течение нескольких дней. В этот момент командование кардинально меняет планы. Дальнейшее движение от Рыбницы к Тирасполю было остановлено, а танковая армия Ротмистрова перебрасывалась далеко на Запад. Она должна была усилить наступление на румынский город Тыргу-Фрумос, его захват открывал путь на столицу союзника Германии, и уже на тот момент появился шанс вывести Румынию из войны. Командование решило его использовать, однако весенняя распутица не позволила набрать нужные темпы. В результате немцы смогли опередить советских солдат и выставить мощные заслоны. А Тирасполь и южные районы Приднестровья освобождал уже 3-й Украинский фронт маршала Родиона Малиновского, который начал Одесскую наступательную операцию 27 марта, как раз в разгар сражения за Рыбницу.

Документы нашел Алексей Русанов, кандидат физико-математических наук, увлеченный историей Великой Отечественной войны. Аналитическую работу с материалами о Каменском партизанском отряде Русанов провел совместно с  Поднестровским историко-географическим обществом. Дело № 1031 содержит данные архива Института истории партии, материалы Каменского подпольного комитета и воспоминания участников отряда. На сайте «Новостей Приднестровья» впервые публикуются фрагменты документов, позволяющие реконструировать события освобождения Каменки.

Каменский партизанский отряд под командованием Михаила Поповского был сформирован 10 сентября 1943 года из участников подпольной ячейки села Севериновка. В него вошло 14 человек.

Приднестровские партизаны действовали на железной дороге между станциями Попелюха-Крыжополь-Вапнярка: разбирали пути и пускали под откос эшелоны, срывая транспортное сообщение врага. Среди операций отмечены также нападения на вражеские обозы и автомашины. Действия партизан создавали многочисленные проблемы в тылу фашистов.

В начале марта 1944 года подпольный комитет Каменского района, руководивший движением сопротивления, принял решение силами партизан и подпольщиков взять под охрану инфраструктуру Каменки, где были сконцентрированы большие запасы продовольствия и фуража. Такой план возник после того, как 5 марта 1944 года 2-й Украинский фронт (маршал Иван Конев) начал масштабную фронтовую операцию, первоначальной целью которой было освобождение междуречья Буга и Днестра. Операция была очень рискованная: проводилась она в условиях бездорожья весенней распутицы при недостатке материальных средств. Но Конев действовал решительно, впервые за всю войну сосредоточив на узком участке фронта три танковые армии. Они сумели прорвать фронт и осуществить молниеносный бросок к Днестру. Через десять дней советские Т-34 освободили Ямполь, оказавшись в 30 километрах от Каменки. Согласно документам, найденным Русановым, разведка Красной Армии появилась в Каменке уже 17 марта. Возможно, это событие вдохновило каменских подпольщиков и севериновских партизан осуществить план вооруженного восстания и взять районный центр под свой контроль.

«17 марта 1944 года партизаны и подпольщики из Севериновки, вооруженные пулеметами, автоматами, винтовками и гранатами, на подводах направились в Каменку, где вместе с подпольной ячейкой Каменки берут под охрану склады», — говорится в документе.

В самой Каменке не было боя — подразделение вермахта дислоцировалось в это время в Подойме в 8-ми километрах от райцентра. Стратегическое значение имела станция Каменка-Днестровская, где находилось 10 тысяч тонн продовольствия. В то время Каменка располагала узкоколейной железной дорогой. «Кукушка», как прозвали в народе узкоколейку, была проложена в 1939 году до станции Загнитков на Украине, которая, в свою очередь, соединялась с железнодорожной магистралью Жмеринка — Котовск — Одесса. Груз, складированный на станции в марте 1944 года, можно было вывезти только через Попелюхи – посёлок на Украине в 30 км севернее Каменки. Но Попелюхи еще 18 марта оказались в руках генерала Кириченко, командира 29-го танкового корпуса Красной Армии. Поэтому подразделение вермахта, находящееся в Подойме совсем рядом со станицей Каменка-Днестровская, получило приказ сжечь склады с продовольствием, чтобы оно не досталось советским войскам.

В документах говорится, что 18 марта гитлеровцы на двух автомашинах подошли к станции, но партизаны встретили их огнем из пулеметов. Неожиданное сопротивление заставило немцев отойти — они не знали, какие силы стоят перед ними, и допускали, что это мог быть передовой отряд Красной Армии. 19 марта фашисты предприняли ещё несколько атак, но проникнуть на станцию не смогли. Позже каменские партизаны вспоминали, что если бы противник знал, что станцию охраняет всего дюжина гражданских, последствия могли быть серьезными.

Как раз в это время к Каменке подошел рейдовый партизанский отряд полковника Якова Мухина, действовавший на Западной Украине с февраля 1944 года. Около сотни человек на конях двигались к райцентру со стороны сёл Окница и Кузьмин. 20 марта они прибыли в Каменку, где выяснили, что местные партизаны уже два дня ведут бои с немцами за «Кукушку». Мухин направил им на помощь 50 человек под командованием Григория Фарберова, организовав одновременно зачистку близлежащей территории от пикетов румынских войск, союзников фашистской Германии.

Решительный штурм «Кукушки» вермахт предпринял 23 марта. Как сообщает Мухин, примерно рота солдат противника (90 человек) сбила партизанскую заставу и захватила станцию. В это время в Каменку прибыла советская бронетехника 29-го танкового корпуса — накануне маршал Конев приказал 5-й гвардейской танковой армии, в состав которой входил корпус, наступать вдоль Днестра на Рыбницу и Тирасполь. При поддержке танков партизаны пошли в контратаку и вернули контроль над «Кукушкой». В этот день советская бронетехника с партизанским десантом выбила немцев из Подоймы и освободила также села Рашков и Катериновка. В итоге к вечеру 23 марта весь Каменский район был очищен от оккупантов. На следующий день 24 марта об освобождении района сообщили в сводках боевых действий, что стало официальной датой.

Таким образом, найденные документы позволяют сделать вывод, что освобождение Приднестровья началось с действий приднестровских партизан, которые 17 марта 1944 года взяли под свой контроль Каменку и с оружием в руках несколько дней защищали райцентр. К ним на помощь 20 марта прибыл рейдовый партизанский отряд Якова Мухина, а 23 марта в уже свободную Каменку въехали советские Т-34.

В первые дни оккупации в Каменке было замучено и убито до 45 человек из актива рабочих и служащих, а также членов партии и комсомола. В центре поселка, где жило в основном еврейское население, оккупанты учинили жестокий погром. Всех евреев согнали на базарную площадь. Около 1000 человек держали под дулами автоматов, а сами в это время грабили их дома. Затем начались расстрелы. Трупы свозили в ямы возле пожарной команды. Сейчас это район автовокзала, где жертвам фашистских репрессий в 1994 году был установлен скромный обелиск.

Почти три года район находился под оккупацией. Немецко-румынские захватчики всю свою ненависть направили на ликвидацию и уничтожение достижений довоенного строительства. Был нанесен огромный ущерб народному хозяйству района, социально-культурным учреждениям, местной промышленности, торговле. Оккупантами были разрушены 6 водяных мельниц, сушилка фруктов. Вывезено в Румынию все оборудование цехов бытового обслуживания, разрушены две МТС, все фермы хозяйств района. Из Каменского санатория вывезено все оборудование рентгеновских и физкабинетов, операционных. Всего ущерб исчислялся в 741 миллион советских рублей. Тем не менее, несмотря на трудности, весенний сев в районе был произведён на площади, составляющей более 80% к довоенной.

В марте 44-го Каменский район первым встречал освободителей. Именно отсюда началось освобождение всей Молдавии. 18 марта 1944 года на территорию района вступил кавалерийский отряд «Советская Молдавия», командование осуществлял Яков Мухин. В этот день бойцы отряда освободили село Окница, 19 марта — село Кузьмин. На подходе к Каменке партизаны «Советской Молдавии» были встречены ружейно-пулемётным огнём противника.

Прорвавшись через заградительный огонь, партизаны 20 марта 1944 года вошли в Каменку. Немецкий батальон, занявший сёла Подойма и Подоймица, предпринял попытки прикрыть переправу через реку Днестр отступающих фашистских войск в районе села Рашково и уничтожить в Каменке предприятия, совхоз, крупные склады зерна и табака. Однако командование кавалерийского отряда сорвало планы гитлеровцев: в районе сёл Подойма и Подоймица была выставлена застава в 50 человек, на помощь партизанам пришли подпольщики Каменки.

23 марта 1944 года немцы отбили заставу на станции Каменка, им удалось потеснить партизан, подорвать паровоз, несколько вагонов и подготовить склады к уничтожению. Но в этот момент в город прорвались четыре советских танка. Партизанам вновь удалось выбить гитлеровцев со станции и взять под охрану склады зерна.

24 марта 1944 года части Красной Армии вошли в Каменку, сёла Рашково и Катериновка. Каменский район, почти три года находившийся под оккупацией немецко-румынских захватчиков, был освобожден.

Четыре уроженца Каменского района были удостоены звания Героя Советского Союза: Иван Солтыс, Иван Коваль, Фёдор Жарчинский и Пётр Вершигора.

Ежегодно 24 марта к Мемориалу Славы горожане возлагают цветы в память об освободителях. Здесь в граните высечены имена более 2-х тысяч каменчан, которые остались на полях сражений во время Великой Отечественной войны.