Человек-легенда, один из ярких представителей золотого века Российской империи и исторических символов Приднестровья, блестящий полководец и администратор — так называют, родившегося 15 января 1725 (4 января по старому стилю) Петра Румянцева, российского графа, который не только раскрыл оригинальный потенциал русской армии, но и приблизил Русский мир к его естественным цивилизационным границам, расширив его влияние на Балканах. Он был первым военачальником империи, чья армия вышла за Дунай, что сделало её в глазах болгар, сербов и греков защитницей православных народов. С военных побед Румянцева, которые современникам казались невозможными, начинается усиление России в Северном Причерноморье. Именно он заложил основы будущего присоединения Крыма, Очаковской земли и Приднестровья.
В пантеоне русских полководцев у стен Бендерской крепости стоит и бюст Румянцева. Его портрет изображён на денежных банкнотах и памятной серебряной монете номиналом 100 рублей серии «Россия в истории Приднестровья». Отмечен российский генерал и на стенде «Выдающиеся личности села Строенцы». По одной из легенд, ставшей на сегодняшний день почти официальной версией, фельдмаршал родился именно в этом живописном приднестровском местечке.
Бытует также мнение, что Румянцев на самом деле не крестник, а сын российского императора Петра I, о чём любили шептаться в Петербурге XVIII века. Впрочем, то же самое говорили и о гениальном ученом Михаиле Ломоносове. По-видимому, сработал эффект харизмы: и один, и второй достигли невероятных успехов в своих областях. К примеру, генералом Румянцев был уже в тридцать лет, что объясняется как влиянием и богатством его отца – дипломата Александра Румянцева, – так и незаурядными данными самого Петра. Это как раз тот случай, когда хорошо подготовленная взлетная полоса позволяет таланту взлететь до небес.
Однако, попытаемся разобраться, правда или вымысел, что знаменитый российский полководец является нашим земляком. Версию, что Румянцев родился в Строенцах, приводит не только субъективная Википедия (хоть и со ссылкой на «Краткую энциклопедию Советской Молдавии»), но и ряд интернет-ресурсов, посвященных русской истории, например, сайт Российского военно-исторического общества. Она основана на материалах биографии графа Румянцева-Задунайского, собранных краеведом Гоголевым и опубликованных в журнале «Киевская старина» в 1895 году. Там говорится, что некий Данило Яновский, служивший при фельдмаршале адъютантом, рассказал, «что во время проезда через одно молдавское село граф указывал ему на дом тамошнего священника», отметив как место своего рождения. Якобы Румянцев объяснил, что его мать – Мария Андреевна из известного боярского рода Матвеевых – выехала встречать мужа из дипломатической командировки в Константинополе и около полугода ждала его в Строенцах.
Историки, занимавшиеся биографией фельдмаршала, утверждают, что Румянцев все же родился в Москве.
«В 1724-1725 годах Александр Иванович служил империи то в Константинополе, то на персидской границе. Получил чин генерал-майора. Жена с ним не путешествовала, жила по преимуществу в Петербурге да в Москве», — также пишет публицист и краевед Арсений Замостьянов.
Проанализировав документы, биографы Румянцева отмечают, что отец будущего генерала прибыл в Москву в апреле 1724-го, а в октябре отправился в Константинополь с дипломатической миссией. Как уже говорилось, Пётр появился на свет в январе 1725 года, то есть несколько месяцев спустя. Может, супруга дипломата на самом деле провожала его до турецкой границы? С другой стороны, срок беременности был уже достаточно велик и отправляться в столь дальнее путешествие, учитывая бездорожье тех времен, а равно как и слабый доступ к медицине, было достаточно рискованным предприятием. К тому же западные пределы России в это время ограничивались Днепром и Запорожским регионом – территории между Бугом и Днестром станут российскими только в конце XVIII века. И хотя отношения с Польшей, частью которой было тогда село Строенцы, и Турцией, контролировавшей южное Приднестровье, были достаточно мирными, всё же оставлять беременную супругу на пограничье было весьма опасно.
Кроме того, согласно семейной легенде Румянцевых, отец увидел своего сына лишь пять лет спустя, после завершения дипломатической миссии. Хотя вполне вероятно, что Мария Андреевна сама приняла решение отправиться на границу, надеясь встретиться с супругом, ведь после переговоров в Константинополе граф Александр ехал на Кавказ, а по пути вполне мог сделать крюк и направится к берегам Днестра. Не будем забывать, что русские женщины готовы и коня на скаку остановить, и в горящую избу забежать. Жёны декабристов тому пример.
Поэтому версия, что именно Строенцы являются родиной Петра Румянцева, вполне может оказаться правдивой. Тем более что Пётр Александрович сам говорил об этом. Если верить, конечно, краеведу Гоголеву, цитировавшему адъютанта фельдмаршала.
